– Не надо, – она улыбнулась ему. – Я развлекаюсь.
Он хохотнул и пригладил волосы.
– Понятно. Я тоже. Но… ты ребенок, а мне сорок четыре. И я не хочу этим пользоваться.
– Ты не пользуешься.
Она сама этого хотела. Первый опыт ее не пугал. Если она что-то решила, то на попятную не пойдет и жалеть не будет, не из таких.
Магнус криво усмехнулся и посерьезнел.
– Это ты сейчас говоришь, а потом можешь пожалеть об этом. – Он помолчал. – Ты мне слишком дорога, Лиззи.
Элизабет долго смотрела на него и поняла, что он говорит серьезно. И сразу почувствовала себя голой и маленькой. Она села, отчаянно пытаясь найти футболку, которую скинула раньше.
– Ладно, – сказала она, делая вид, что в этом нет ничего особенного. – Наверное, ты прав.
Она небрежно откинула волосы.
– Не пора ли нам возвращаться?
Магнус открыл рот, собираясь сказать что-то еще. Но потом передумал.
– Конечно, – сказал он наконец. – Поехали.
Элизабет всегда будет гордиться тем, как вела себя в тот день. Натянув футболку, она протянула руки Магнусу, и он помог ей подняться. Затем, на удивление нейтральным голосом, предложила остановиться в «Белладжио» и купить мороженое, прежде чем возвращаться на виллу.
Она сумела вести себя спокойно и достойно, пока на следующее утро они не расстались в аэропорту. Только когда она летела в Англию, то признала, что чувствовала себя униженной. Много лет ей говорили, что она взрослая для своего возраста, и наконец кто-то сказал ей обратное. Хотя теоретически она была во всеоружии, ей еще предстояло многому научиться, прежде чем она действительно станет женщиной. С этим надо было что-то делать.
К поиску подходящего партнера, который лишил бы ее тягостной девственности, Элизабет подошла с той же рассудительностью, которую применяла к решению задач по физике. Можно было выбрать кого-нибудь из мальчиков в школе, но это была одна и та же тусовка. Кого ни выбери, станет хвастаться, что шпилил чопорную наследницу Мелвиллов прежде, чем она успела натянуть трусики. Нет, ей нужен был человек осмотрительный, кто хранил бы тайну так же, как и она сама.
Очевидным кандидатом был тридцатилетний Джайлс Батлер, школьный тренер по теннису, безусловно, самый сексуальный из сотрудников. Каждый год десяток девушек «Грейкорта» пытались его соблазнить, но безуспешно. Не то чтобы он не испытывал искушения, но переспать с ученицей было преступлением, за которое могли уволить. И он занялся скучающими домохозяйками, которым давал уроки по выходным. Но он не знал Элизабет Мелвилл. Если она что-то решила, то всегда получала то, что хотела.
Соблазнить его было нетрудно. Как капитан команды, она легко договорилась о встрече, чтобы зайти к нему в кабинет и обсудить расписание на этот семестр. Там она пожаловалась на растяжение связок в правой ноге. Будь это другая девушка, Джайлс, возможно, с большей осторожностью отнесся бы к осмотру травмы. Но от разумной, заслуживающей доверия Элизабет никто не ожидал подвоха.
– Вроде не опухла, – сказал он, проводя прохладными руками по ее голени.
В поисках проблемы он не заметил, как она согнула ногу и, погрузив поглубже в его колени ступню, мягко массировала пальцами пах…
Он остолбенел.
– Элизабет!
Голос прозвучал испуганно, даже возмущенно. Но он все еще держал и не предпринимал никаких попыток оттолкнуть ее ногу, которая ласкала его уже почти до эрекции.
Элизабет медленно освободила ногу, встала и, подойдя к двери, защелкнула замок. Повернувшись к нему, она увидела, что он снимает рубашку.
Ее дебют прошел на удивление легко, даже с легким оргазмом, хотя по сравнению с тем, чего она добивалась одна в спальне под одеялом, это было ничто.
Время шло, они встречались, по крайней мере, пару раз в неделю у него в комнате. Уроки секса проходили на небольшой раскладной кровати. Как в любой сфере жизни, Элизабет жаждала знаний. Но к Рождеству Джайлс стал назойливым и ей надоел.
– Не знаю, как я протяну без тебя целый месяц, – прошептал он, когда они лежали вместе вечером перед ее отъездом домой.
Он провел пальцами по ее позвоночнику, и она едва сдержалась, чтобы не содрогнуться.
В тот же вечер, позже, он преподнес ей красиво завернутый рождественский подарок, который она благополучно «забыла», наутро уезжая из «Грейкорта». И не отвечала на его все более и более безумные звонки во время каникул. В январе, вернувшись в «Грейкорт», она тихо, но твердо сказала ему, что между ними все кончено.
Джайлс страшно расстроился. А Элизабет… она уже положила глаз на нового сотрудника школы, куда более надменного помощника учителя истории Тристана Фоксворта. Только что закончивший Бристольский университет, он преподавал в школе и играл в крикет за команду графства. Элизабет подозревала, что он встречается и с другими девушками, но ей было все равно. О любви говорить не приходилось, и она не считала нужным вмешиваться.
После Тристана были другие. Ни один в душу не запал.
С того унизительного дня в Италии Магнуса она не видела более года. Теперь, набравшись опыта, она была готова завершить начатое.
