Пытался позвонить ей перед вылетом, но телефон молчал и сейчас молчит. Поэтому, послушав тишину, еду домой, попутно набирая охрану. Водитель говорит, что Арина дома. Это меня успокаивает. Только неясно, почему трубку не берёт?
Неужели не ждёт?
Неприятное чувство царапает рёбра, скребётся где-то за грудиной. Я знаю, что наша страсть взаимна, что Арина смотрит на меня с большой любовью, хоть и не произносит этого вслух. Смотрит же? Я ведь не ошибаюсь? Не может же она играть?
В её прошлом никаких потрясений. Досье на неё я уже полистал. Она не была замечена в сомнительных компаниях, были какие-то отношения с обычным студентом, вся её жизнь – это учёба и заработки, и помощь семье. Отчёт о движениях средств я тоже получил. Она переводит каждую копейку матери с братом, и мне бы хотелось предложить ей помощь, только так, чтобы не ранить и не обидеть её. В первую очередь тем, что успел покопаться в её жизни, не сказав ей об этом. В действительности, не собирался погружаться слишком далеко, но получилось так, как получилось.
В квартире темно. Неужели спит?
Я прохожу к лестнице на второй этаж, но притормаживаю, замечая одинокий силуэт на диване в гостиной.
- Арина?
Мне странно, что она меня не встречает. Тут же одёргиваю себя.
«А чего ты ждал? Что она будет прыгать у порога, когда вернёшься? Она девушка, а не карманная собачка!»
Но в любом случае, мне бы хотелось видеть больше радости, а так, получается, рад только я.
- Арина? Что-то случилось?
Только сейчас замечаю, что её плечи трясутся от мелких рыданий. Быстро меняю интонацию.
- Бэмби, что произошло?
Сажусь на диван и перемещаю её к себе на колени. Арина неожиданно сильно вцепляется мне в плечи и, уткнувшись лицом в шею, начинает рыдать. Сначала она просто всхлипывает, но всхлипы эти становятся всё протяжнее и громче, пока из глубины её сердца не вырывается самый долгий и пронзительный, наполненный болью и отчаянием.
- Малыш, что с тобой?
Мне становится немного не по себе, потому что так плакать без причины невозможно.
- В-всё хорошо. Я т-так рада, что ты п-приехал.
Она заикается и пытается успокоиться, ещё и извиняется вдобавок.
- Прости, я… я… мне жаль. Я не хотела.
- Что ты не хотела?
- П-плакать. Всё хорошо.
- Уху, сделать вид, что поверил?
Арина отстраняется и трёт лицо ладонями, размазывая слёзы по щекам.
- Всё нормально, - говорит ровнее. – Я просто сегодня переходила улицу, и меня чуть машина не сбила. В-внезапно по газам дал водитель. Я д-думала он стоит, а он поехал в-вдруг. Еле отскочить успела.
- Арина…
- Прости… это… накрыло сейчас, - почти шёпотом отвечает она. – Я ещё и ф-фильм посмотрела этот… «З-запретная дорога».
- Так ты в порядке? - Провожу по её рукам и спине, бёдрам и икрам. – Не ранена? Травмы есть?
- Он не наехал, я… отпрыгнула. Просто ситуация из головы не идёт…
- Всё позади… где хоть произошло?
Арина бормочет, и я не могу ничего понять, ну да и ладно, главное, что цела.
Это приводит меня к мысли, что даже приставив к ней охрану и водителя, не могу быть уверенным в её безопасности на сто процентов.
Она слегка успокаивается, а я провожу ладонью по её волосам и целую в губы: мягко и настойчиво. Арина приоткрывает рот, и я хочу стереть соль её слёз с кожи и дурные мысли из памяти. Я безумно соскучился и безумно хочу её, потому что несколько дней порознь – это ад.
Арина устраивается удобнее у меня на коленях, но я опрокидываю её на спину, укладывая на диван, и целуя шею, двигаюсь ниже.
- Я звонил, ты не отвечала.
- Прости… телефон, наверное, сел.
- Прошлый раз ты без конца проверяла не в сети ли я и… кстати, от тебя уйма пропущенных, я даже начал переживать, что там случилось.
Арина замирает, но также быстро расслабляется. Её пальцы сражаются с пуговицами на моей рубашке и побеждают. На минуту отстраняюсь, чтобы расстегнуть манжеты и скинуть верх. Горячие ладони гладят мышцы на моей груди, мягко массируют плечи.
- Всё хорошо, я… решила вопрос. По работе там… было… хотела посоветоваться.
Она тянется и целует в подбородок.
- Мне определённо нравится твоя инициатива, - накрываю ладонью холмик её груди и замираю ненадолго, - но… точно всё в порядке? Ты рыдала пять минут назад.
- Да… - Арина выдыхает, а потом накрывает своей рукой мою руку и побуждает сжать сильнее.
Пальцы находят сосок под тканью нижнего белья и щипают его, вызывая у Арины дрожь возбуждения.
- Я очень соскучился, Бэмби.
Я стягиваю с ней кофту, поддеваю лямки бюстгальтера и спускаю по плечам, а потом наклоняюсь, чтобы ласкать её губами и языком, пока её пальцы, опустившись к ремню на моих брюках, начинают форсировать события.
- Я тоже соскучилась.
- Собираешься показать, насколько сильно?
- Угу, - она кивает, ногами помогая себе стянуть с меня штаны, хоть и отвечает, но мыслями будто сейчас и не здесь. – Я очень хочу тебя. Очень…
Я хорошо изучил её тело, как и она моё. Ведь я предоставил ей полный доступ, чтобы она удовлетворила своё любопытство, поэтому стеснения между нами нет – оно давно ушло. А вот эмоции и чувства – здесь всё намного сложнее.
