Кроме того, он подобрал себе отличных помощников. Все сотрудники центра были одной командой. Особенно незаменимой казалась Дмитрию Наталья; именно она сплотила коллектив. Все невольно заражались ее воодушевлением. Работающие в центре детские психологи и психотерапевты считались лучшими в Москве. Невролог, первоклассный специалист, был еще и выдающимся общественным деятелем. Помимо работы в центре, он преподавал в университете. Анна Александровна, директор-распорядитель, отлично организовала работу в центре, причем казалось, что это удается ей безо всяких усилий. Анна Александровна работала с доктором Пастушенко много лет — начинала она его личным секретарем. И с Константином Петровичем, Костей, главой службы безопасности и по совместительству водителем, Дмитрий дружил очень давно. По специальности Костя, кстати, был педагогом-психологом — он получил образование на Кубе. Костя стал для центра потрясающей находкой. Впрочем, он очень тщательно подбирал всех сотрудников, включая учителей-предметников, медсестер и бухгалтеров. Дмитрий и Анна Александровна охотились за особо ценными специалистами, переманивали их из министерств и с университетских кафедр, где когда-либо работали сами. Весь коллектив, от уборщиц и поваров до врачей, гордился своей работой.
Только само здание оставляло желать лучшего. Каждое утро Дмитрий смотрел на центр и сокрушался. Раньше здесь размещался обычный детский дом. Его перестроили, но как-то наспех. Да, центру Макаренко выделили самое лучшее оборудование; кроме того, полностью отремонтировали несколько палат, но покрасили лишь местами, и в комнатах, где живут дети, по-прежнему стоят старые металлические кровати из прежнего времени. Просто в каждой палате их стало меньше. Кроме того, закупили новое постельное белье.
В настоящее время в центре живут и учатся тридцать пять детей. Их всех пришлось буквально спасать из обычных детских домов-интернатов. И дело не в том, что другие дети, оставшиеся в интернатах, не поддаются обучению. Такие тоже попадаются, но редко. В детских домах содержится много умных детей, которые долго были лишены нормальной жизни. Однажды Дмитрий и Наталья побывали в областном доме-интернате и провели среди тамошних ста двенадцати воспитанников тест на умственное развитие. Тест прошли восемьдесят процентов детей! Они демонстрировали нормальные когнитивные навыки — результат тем более поразительный, если учесть условия, в которых содержались эти дети. Некоторые кандидатуры не подошли, потому что они слишком долго прожили в интернате. Считается, что к четырем годам они уже проходят некий критический порог, после которого ускоренное развитие невозможно. Других не взяли в центр Макаренко из-за отклонений в поведении. Нескольких детей пришлось исключить из списка из-за дефектов физического, а не умственного, развития. Для таких детей Дмитрий и Наталья разработали особые рекомендации. Правительство требовало, чтобы центр, который находился, так сказать, на переднем крае науки, регулярно отчитывался об успехах, и только об успехах.
Дмитрий старался выработать в себе отстраненное отношение к сложной проблеме. Он заранее смирился с тем, что перевести в центр Макаренко всех понравившихся им детей не удастся. Наталья же с первых дней рисковала и отчаянно ловчила, пользуясь своей властью над людьми. Находясь рядом с ней, Дмитрий восхищался ее смелостью, а потом качал головой. Как он будет выкручиваться, если ее поймают? Наметив какого-нибудь ребенка — с точки зрения Дмитрия, невосприимчивого и бесперспективного, — Наталья упрямо поджимала губы и заявляла:
— Мы забираем его отсюда!
Обычно она безошибочно выбирала кого-нибудь через несколько секунд после того, как входила в палату. Дмитрий не сомневался: часто ею руководила жалость. Наталья особенно жалела уродов, детей с задержкой в развитии и детей-инвалидов, хотя, когда Дмитрий высказал свои догадки вслух, она ответила ледяным молчанием. Наталья вертела им, как хотела, она подделывала отчеты, данные и результаты опытов. Ради того, чтобы уничтожить чьи-нибудь прежние, не слишком радужные данные, она, нимало не смущаясь, раздавала взятки — не только из своих денег, но и из фондов центра. С молчаливого попустительства Дмитрия именно Наталья занималась всеми детьми, которых они вырывали из детских домов и переводили в свой центр. Дмитрия поражало, что Наталья еще ни разу не ошиблась: если не считать двух летальных исходов, «ее» дети демонстрировали поразительные успехи.
