– Но я так понимаю, с вами ещё не заключили контракт? – я затряслась от холода, что грозно затрещал в голосе мужа. Царёв нежно втолкнул меня в салон машины и захлопнул дверь, прислонившись корпусом так, чтобы спрятать меня от пытливого взгляда этого старика с серо-голубыми глазами.
Ощущение, что я его знаю, только крепло… Было в нём что-то знакомое до чёртиков. И это не могло не пугать. Тряхнула головой, прогоняя испуганные мысли, растёрла руками лицо и откинулась на кресло. Я не слышала, о чем они говорят, мужчины словно перешли на шёпот, чтобы не дать возможности себя услышать.
– Это угроза, мальчик мой? – внезапно громко рассмеялся Пиминов.
– Да, – внезапно спокойно произнёс Царев, оттолкнулся и стал обходить машину, не отрывая глаз от Пиминова. – Вы не получите этот проект.
– Я готов проиграть это сражение… Но зато я выиграю войну, Царёв! И заберу у тебя самое ценное, хотя ты быстро оправишься, забудешь и нацелишься на новую жертву.
– Всего доброго, – прохрипел Саша, захлопнул дверь и резко вырулил с парковки, поднимая в воздух клубы пыли.
Обернулась, рассматривая улыбающегося старика, что подпирал капот своей машины с абсолютно победным выражением лица.
– А откуда у тебя то видео? – внезапно осенило меня.
– Килина принесла, – Саша открыл окно и закурил. Губы напряженно сжимали фильтр, вдыхал дым и задерживал его в лёгких, словно яд мог успокоить его.
– А Пиминов её дядя?
– Как выяснилось, – рассмеялся Саша, увеличивая скорость. – Давай, женушка. Что он тебе сказал?
– Он намекнул, что дал мне возможность сбежать от тебя. Саша, он что, следил за мной?
– Не думаю, – Саша взял мою руку, быстро поцеловал, достал телефон, но, внимательно осмотрев меня, снова убрал во внутренний карман пиджака. – Если бы он следил за тобой, видео было бы другим. Его целью был компромат, Катенька.
– А если он и сейчас за нами следит? Откуда он узнал? – меня затрясло от ужаса. Страх плотным объятием скрутил шею, мешая вдыхать воздух. – Саша?
– Кать, – Царёв быстро скинул маску озабоченности, резко свернул с извилистой трассы, теряясь в глуши лесной чащи. – Всё хорошо. Это просто старик, который не умеет проигрывать.
– Он что-то задумал, – я сжимала руку мужа, ища успокоение в его взгляде. А Царёв уже будто и позабыл о произошедшем, его рука легла на мою коленку и двинулась к берду, впиваясь пальцами. – Царёв?
– Царёва? – он дёрнул бровью и надавил педаль газа, унося нас по ухабистой лесной дороге подальше от посторонних взглядов.
– Нет… Нет…
– Да, Царёва, да, – шептал он, пытаясь объехать довольно глубокие рытвины, при этом руля одной рукой, потому что пальцы второй уже подцепили тонкую ткань белья, отчаянно пробираясь под неё. – Снимай, Катя…
– Саша, ты…
– Сни-май! – Царёв дернул ткань, давая понять, что если не я сниму, то очередное кружево превратится в бесполезный клочок ткани.
Пыталась понять, шутит он или нет? Нет… Царёв уже сильно сомкнул скулы, а желваки завибрировали, выдавая кипучее напряжение, что сейчас бесновалось в нём. Выдохнула остатки желания сопротивляться, потому что внутри уже бушевало пламя… Пальцы подёргивались, скользя по своим ногам. Ногти впивались в кожу, оставляя на красной от утреннего загара коже, белые рваные полосы.
Саша скинул скорость и чуть развернул голову, наслаждаясь моей неуверенной попытке подчиниться. Губы его изогнулись в полуулыбке, а глаза превратились в узкие щелки, что отчаянно пытались скрыть его мысли…
Сдвинула подол широкого сарафана и опустила руки на живот. Ощущала, как сжимаются собственные мышцы пресса, уже предвкушая неизбежное… Подцепила ткань и, приподняв задницу, стала стягивать бесполезную преграду.
– Умница, – Царёв огляделся по сторонам, свернул к пышному кустарнику и резко затормозил. Я выставила руку, упершись в панель, чтобы не вылететь в лобовое от его остановки. Саша выскочил из машины, на ходу снял пиджак, забросил его на капот, отщёлкнул запонки и убрал в карман, закатав рукава до локтей. Словно будто ему всё это мешало. Меня уже трясло, как от жара. Тело предавало, сдавалось, а душа рвалась к тому, что был готов вырвать её силой своего желания. А он хотел… Видно было по жёстким шагам и напряженному взгляду.
Распахнул дверь, подхватил за талию, как пушинку и прижал к себе. Руки его поползли вниз, сжали задницу с такой силой, что я хотела закричать, но вырвался лишь стон…
– Учить тебя буду, – прохрипел Царёв и поставил на ноги, развернув к себе спиной, уложил на капот. Растянул мои руки по горячему железу и резко откинул юбку сарафана на спину. Прошёлся ладонями по пояснице, замедлился на бёдрах, наслаждаясь мягкостью кожи и скользнул ниже, громко застонав, ощутив мою влагу от возбуждения…
Царёв
Мои руки дрожали, шаря по её нежной коже. Внутри всё взрывалось от охренительно возбуждающей картинки. Красивое тело было распластано на черном капоте, точёная упругая задница подергивалась, нервничая от прекратившихся ласок.
