– Пиминов, замолчи! Что ты несёшь? – взвизгнула мама, зажимая уши ладонями. – Исчезни из нашей жизни.
– Из вашей? Это моя дочь!
– Дочь, это когда ты переживаешь, когда она болеет, радуешься победам и сдерживаешься, чтобы жопу не нарумянить, когда безобразничает. Не отец ты, Пиминов, а донор. Но я всё равно благодарна тебе. А теперь просто исчезни из нашей жизни.
– Иван Петрович, хоть вы и мой тесть, – не сдержался и усмехнулся, поставил Катерину на ноги, махнув друзьям, что уже загрустили у бара. – но я не дам сделать из своей свадьбы шоу. Если вы ставите ультиматум, то я на него отвечаю отказом. Катерина моя и точка. Свои угрозы вы можете залить алкоголем, всё оплачено. Всего доброго. Борис, отвезёшь родителей домой?
– Конечно, брат, ключики только от своей тачки отдай. Спор всё же, – Борька хлопнул меня по плечу. – Я говорил, что обожаю драмы? А они вокруг тебя так и крутятся, поэтому ты уж извини, но придётся тебе меня потерпеть.
– Потом поговорим. Ирина Николаевна, бабушка, а вас с ветерком прокатит Доний, не против? Всем спасибо, но у нас завтра важный день, – я обнял жену и повёл сквозь толпу, поддерживая её ослабленное тело.
– Саша… Мне надо поговорить с мамой, – она остановилась, уложив руку на мою грудь.
– Завтра поговоришь, сейчас мы слишком пьяны, а тебя ждёт сюрприз.
– Царёв, у меня отец нашёлся, вообще-то! Ты слышал?
– Я очень рад за тебя, милая. Но и об этом тоже завтра, – подхватил жену на руки и поспешил покинуть зал, напряжение в котором зашкаливало. На подземной парковке ресторана нас уже ждал лимузин. Мой верный водитель распахнул заднюю дверь и надел солнечные очки, чтобы развеселить Катерину.
– Лимузин? Царёв, что ты задумал? – Катя вспыхнула румянцем, не сводя с меня смущенного взгляда.
– Извиняться буду, милая… Любить буду по дороге домой, чтобы все улицы нашего города напоминали тебе, как сильно я тебя люблю и насколько глубоко ты моя!
Катерина
Распахнула глаза от тихого шороха. Вскочила, схватила телефон, чтобы убедиться, что не проспала собственную свадьбу.
Фух… Восемь утра. Не проспала…
Я откинулась на спину, растёрла ладонями лицо и вздохнула, потому что воспоминания вчерашнего дня обжигающей лавиной навалились на меня. А всё так хорошо начиналось. Шикарный ресторан, семья, друзья и даже это внезапное предложение Аркадия, что выбило меня из колеи. Царёв, зараза такая! Возможно, мне стоит беспокоиться, потому что иногда кажется, что он о моих желаниях знает много больше, чем я сама, но не могу. Не страшно с ним, наоборот. Ощущение защищенности и любви, что плещется в его ласковом взгляде, перекрывает все! Рядом с ним я словно на вулкане. Жизнь будто заново познаю. Ребёнком себя ощущаю, а ему это нравится. Ловит мои взгляды, выполняет желания, заставляет мечтать и любить. А я и люблю! Жадно, до боли в груди…
И эта выходка его с лимузином сначала казалась бредовой, потому что как можно кататься до утра по городу, когда моя жизнь дала трещину, но нет… С Царёвым не может быть никаких трещин! Его кирпичей и бетона хватит на всю мою семью, он будет латать каждый скол, приводя фасад в идеальный вид, а внутри дома будет всегда тепло и спокойно. Всё у него согласно генеральному плану, а несущие стены такие надёжные, что ни один бульдозер не справится. Муж. Наверное, о таком мужчине я и мечтала: сильный, и уверенный, что все преодолеет и меня за собой перетащит, невзирая на преграды и буреломы.
Саша вызывает во мне такие эмоции, что иногда кажется, я могу улететь. Достаточно лишь распахнуть руки, а Царёв подтолкнёт. Нравится ему видеть во мне счастье, ощущение полёта и не готов он к компромиссам, поэтому и сказал он тогда «все или ничего». Вот в этом весь Царёв!
– Доброе утро, – тихий голос мужа вырвал меня из очередной волны грусти. Подняла голову и рассмеялась.
Царёв, сука, такой красивый стоял у панорамного окна в одном полотенце, повязанном на бёдрах. Маленькая кофейная чашечка так забавно смотрелась в его сильных руках, а то, как он прикасался губами к золоченому ободку, вызывало жар, что начал согревать моё тело изнутри. Саша… Его идеальный силуэт так органично смотрелся на фоне панорамного вида города: бетонные шпили высоток, голубое, как его глаза, небо и яркое солнце, что чертями плясало в его глазах. Мой он, не на год, а до тех пор, пока пламя не угаснет. До последнего уголька.
– Доброе. Ты опять за мной подсматриваешь?
Саша протянул мне чашку. Знал, что без глотка кофе мой день не начинается, поэтому терпеливо наблюдал за моим стоном удовольствия. Глотала горячую горькую жидкость, ощущая, как он пронзает меня прищуром внимательного взгляда.
– Что ты задумал, Царёв? – рассмеялась я, понимая, что у меня опять нет вариантов убежать.
– Ты, Царёва, спишь поперёк кровати, – Саша медленно завёл руки за спину и замер.
– Это с детства. Меня очень рано отселили в отдельную комнату, потому что спать со мной просто невыносимо! А что? Ты чем-то недоволен? Или у тебя есть выход?
– Есть, – Саша достал из-за пазухи галстук. – Я буду связывать тебя.
