— Не начинай старый разговор. Игнат, она не для твоих игр.
— Для твоих? Тебе всё можно, да? — не получается у меня держать себя в руках.
Отец на мгновение опускает свой взгляд на пол, теряя всю серьёзность. Закрывает глаза и, ухмыляясь, качает головой.
— И не для меня она тоже, ты прав.
— Тогда отпусти её, пап, — весь мой запал испаряется. Я почти готов умолять помочь мне.
— Не могу… Пока не могу, — словно обещание произносит отец и выходит из квартиры, оставляя меня с Лерой. Доверяя мне.
Я захлопываю дверь и иду по знакомой квартире на кухню, услышав оттуда звон чашек. Бусинка уже разливает чай, и я надеюсь, что вторая чашка предназначается мне. Потому что больше я никого не слышу. Мы одни.
— С днём рождения, Бусинка! Ты как всегда прекрасна! — делаю комплимент, замечая, как она светится от счастья. Боюсь представить, что к этому причастен отец. Лучше буду думать — она рада меня видеть. — Это тебе.
— Спасибо огромное! — принимает с восхищением мой подарок с букетом. В пакете лежат удобные дорогие босоножки бежевого цвета, о которых она грезила. Однажды мы гуляли по магазинам, и Лера их примеряла. Они ей понравились, но купить их для неё тогда она мне не позволила. Я запомнил и знал — покупку она запланировала на весну, чтобы носить их как сменку на работе в отделе. Приятно, что я успел заранее. — Прошу за стол. Чай с пирожными готов, но возможно, ты хочешь поесть?
У Леры много положительных черт характера, и отходчивость одна из них. Ничем не показала, что мы были в ссоре. Не упрекнула. На самом деле рада мне, обняла и поблагодарила за поздравление. Обед вышел просто великолепным. Я помнил, как она готовит. Не раз был накормлен, когда заезжал сюда вечером планировать осенний корпоратив. Как быстро летит время. И как легко можно всё сломать.
— Сегодня празднуете?
— В клуб с подружками идём, — делится своими планами девушка.
— Могу составить вам компанию. Если возьмёте.
— Хорошо, друг, возьмём. Всё равно Стас и Рома увяжутся с нами, — смеётся голубоглазка.
А я смотрю на неё и не знаю как достучаться до её сердца. Отец для меня не помеха, их пути всё равно разойдутся. Преграда в самой Бусинке.
— Лер, — ставлю чашку на стол и ловлю взгляд голубых глаз. — Я могу быть больше, чем… То есть я хотел сказать, что могу подождать.
— О чём ты?
— Прости, но я в курсе. Вот, — достаю из кармана и протягиваю ей смятую бумажку, что взял в столе у отца. — Случайно нашёл.
Лера разворачивает лист и почти сразу отбрасывает обратно в мою сторону. Милая улыбка исчезает с её лица, и я немного жалею о начатом направлении разговора.
— Я не осуждаю тебя. Но, Лер, я тоже могу тебе это дать. Нет! Я могу предложить гораздо больше. Настоящие отношения. Мы прекрасно ладим. У нас может получиться хорошая семья.
— Нет, Игнат, не может, — она накрывает мою руку, лежащую на договоре, своей, слегка сжимает и поднимается из-за стола, отступая к окну. Лера обнимает себя за плечи и смотрит куда-то вдаль, оставаясь стоять ко мне спиной. — Не сочти меня неблагодарной, я ценю твоё предложение. Только оно должно основываться не на меркантильном интересе, а на чувствах.
— Ты полюбила отца?
— Нет-нет. Между нами любви нет. Но тебя я тоже полюбить не смогу как мужчину. Ты достоин большего… ту, что это не просто оценит, но и отдаст взамен частичку себя. Со мной, боюсь, ничего из этого не выйдет.
— Ладно. Друзья, так друзья! — принимаю её выбор. Подхожу к Лере, смотрящей в окно, и обнимаю за талию. Она не отстраняется, а я не прижимаю её к себе, лишь легко прикасаюсь. — Эх, Лерка-Лерка! Ты бы хоть мне, как другу, машину с квартирой показала, похвасталась.
— Да нечего показывать. Права я ещё не получила, машину не выбрала, а к квартире не готова. Мне с девчатами сейчас удобнее и не скучно.
— Вот это поворот! Так, Бусинка! Перестаём грустить, провожаем меня до двери и бегом наводить красоту, а то к вечеру не успеешь. Я позже приеду.
Этот субботний вечер я провожу замечательно. В клубе мы веселимся на всю катушку. Её подружки постарались и организовали всё на пять с плюсом. В середине вечера диджей, попросив у гостей минуту внимания, поздравил Бусинку от имени друзей и развлекательного заведения, и официант, под аплодисменты отдыхающей в клубе толпы, выкатил торт с горящими свечами-фейерверками. А я, воспользовавшись моментом разглядывания всеми сладкого чуда, заказываю у диджея медлячок для именинницы и быстро возвращаюсь к ней, приглашая на танец.
Мне не нужны при этом слова, за меня всё озвучивает музыкальный вдохновитель вечеринки. Я улыбаюсь Бусинке, настраиваясь, что этот наш танец не будет похож на другие. Я не давлю. Она непреклонна. Одно дело противостоять и бороться за неё с отцом, другое — с ней. Невозможно втянуть человека в отношения, если он не хочет. Должен отступить, она очертила для меня круг. Но это представляется для меня сложным действием. Допустим, я справлюсь. Буду рядом так, как она решила. Даю себе слово, что я буду сегодня другом, всё делаю ради неё. Также как остальные. И на своём дне рождения Лера светится от счастья.
