Я медленно шла к кабинету Чейза, чувствуя, как его прошлое, словно шлейф, тянется за мной. Оно как тяжелое ледяное покрывало укутало мои эмоции, и к тому времени, когда я добралась до двери кабинета, я снова была в слезах.
Секретарь Чейза попыталась не пустить меня к боссу, но в данный момент ничто не могло меня остановить. Мне было необходимо увидеть Чейза и убедиться, что он в порядке.
«О каком порядке я говорю, если сама похожу на развалину, даже
Повернув ручку, я зашла внутрь кабинета и застыла на пороге. Дверь со стуком захлопнулась за моей спиной, принуждая Чейза оторвать взгляд от ноутбука, на котором он что-то печатал, одновременно удерживая плечом телефон. Увидев меня, он улыбнулся и, указав на мобильник, принялся жестикулировать, как бы говоря, что человек на том конце линии слишком много болтает. Я бы хотела рассмеяться над его забавной пантомимой, но не могла. Мои мысли занимал дурацкий мемориал памяти Виктории и то, что Чейз был вынужден проходить через это испытание из года в год. Теперь слова пожилой женщины, которые я слышала там, приобрели смысл. Они все обвиняли Чейза в смерти жены. Несправедливо. Безосновательно.
Не сумев сдержаться, я разрыдалась, словно маленькая девочка.
- Я вам перезвоню, — сказал Чейз, положил телефон и подошел ко мне.
Он укутал меня в свои теплые объятия и нежно поцеловал в лоб.
— Эй, что случилось? — прошептал он озабоченным голосом.
Я молчала. Отрыв рот я обязательно сказала бы Чейзу, что его отец был ублюдком-манипулятором, а жена — свихнувшейся сукой, и тем самым подвела Таню. Поэтому я просто теснее прижалась к груди Чейза и расплакалась еще сильнее, как самая последняя дура.
*** *** ***
— Перестань таращится на меня, — пробурчал Чейз, удобнее устраиваясь на диване.
Мы вместе смотрели фильм. Вернее, Чейз глядел на экран, а я наблюдала за ним.
После разговора с Таней я на многое взглянула другими глазами. Раньше я не замечала кучу мелочей, которые теперь стали очевидны. Например, ненависть к себе, которая частенько появлялась во взгляде Чейза во время наших откровенных разговоров, я принимала за холодность.
— Признайся, тебе нравится, когда я смотрю на тебя, — нахально ответила я, надеясь отвлечь Чейза дерзостью.
— Мне нравится твое пристальное внимание, когда я нахожусь внутри тебя, а сейчас мне от этого не по себе.
Поежившись, он перевел на меня усталый взгляд.
— Ты смотришь на меня так, словно я часть какого-то эксперимента. Или ты строишь против меня заговор, — закончил Чейз со смешком.
— Ты ведь понимаешь, что я никогда так не поступлю? — выпалила я, вспомнив его покойную жену и нездоровые игры, в которые она с ним играла.
— Успокойся, Эмма, я шучу. — Он взял мою ладонь в свои руки. — Ты смотришь на меня, и я чувствую себя не в своей тарелке. Просто перестань, хорошо?
Я кивнула, мысленно пообещав себе попытаться прекратить наблюдать за Чейзом.
— Знаешь, я подумываю о продаже своего дома…
И как я могла не таращиться на него после таких слов?!
— Я редко бываю там. К тому же… думаю, пришло время, — уверенно произнес Чейз, но я все равно услышала сомнение в его голосе, словно он старался убедить самого себя.
Но, даже не смотря на это, я была безумно счастлива.
— Если ты так считаешь, значит действительно пора, — ответила я, сжимая ладонь Чейза и изо всех сил стараясь не выказать свою радость.
*** *** ***
Мы были в кофейне, ожидали, когда приготовят наш заказ. Чейз висел на телефоне, обсуждая с агентом по недвижимости продажу дома.
Он воспользовался услугами того же риелтора, что и я. Она заверила, что в ближайшее время особняк Чейза обретет нового хозяина — дом был в прекрасном состоянии и располагался в престижном районе — и уже сегодня нашла первого покупателя. Я не знала примет предложение Чейз или подождет более выгодного. Дом ведь только недавно был выставлен на продажу.
— Эй, Эмма, — окликнул меня хорошо знакомый голос, в котором сейчас ясно слышались отголоски недавно пережитой боли.
— Привет, Зак, — поздоровалась я, поворачиваясь к бывшему мужу.
Он выглядел уставшим и старше своих двадцати девяти лет, именно так, как должен выглядеть человек, потерявший ребенка.
— Ты здесь с ним? — спросил он, указывая на Чейза, который пока не заметил моего собеседника.
