В любой другой вечер я бы послал все к черту и с распростертыми объятиями принял бы ее предложение. Но сегодня?
Сегодня есть только одна девушка, с которой я хотел бы встретиться, и это точно не одна из этих блондиночек.
Брук принимает мое молчание за согласие, кладет руку мне на грудь и наклоняется ко мне:
– Давай сбежим отсюда. Пойдем к тебе, и я сделаю языком то, что тебе так нравится.
Я убираю ее руку, лежащую на моей груди:
– Я в порядке. Сегодня вечером я занят. Но спасибо за предложение.
Невозможно не заметить разочарование на ее лице, но она быстро натягивает фальшивую улыбку:
– Хорошо. Может, в другой раз.
– Да, конечно!
Я смотрю на Риза, который уже почти завалил Лорен.
– Пойду в бар. Тебе взять чего-нибудь?
Он качается головой и отмахивается от меня. Все как обычно.
Я подхожу к бару и заказываю пиво для нас обоих, потому что, если я вернусь с пустыми руками, он будет зудеть, что я ему ничего не взял.
Прислонившись к стойке, я оглядываю толпу. Снова безуспешно. Я начинаю раздражаться от того, что до сих пор ее не встретил.
Твою мать! Нужно было оставаться дома. Пошел бы на вечеринку братства. Куда угодно, только не сюда. Тут так громко, что я даже мыслей своих не слышу. Никакого настроения веселиться. А быть единственным трезвым человеком в компании уж точно не весело.
На противоположном конце бара собралась толпа, люди скандируют, когда кто-то опрокидывает фирменный шот Redlight, и я качаю головой.
Я сейчас должен заниматься тем же самым. А вместо этого я выслеживаю девушку, которая для меня настолько недоступна, что просто воплощение недоступности.
И тут такая же толпа рядом со мной взрывается радостными возгласами.
Я резко поворачиваю голову, чтобы посмотреть, что привлекло всеобщее внимание. Точнее,
Та самая, одетая сейчас в обтягивающее черное платье с милым бантиком на груди и глубоким вырезом, оголяющим ее сочные сиськи, которые она сжимает, пока какой-то парень готовится выпить из них шот. Из ее пышного декольте торчит трубочка, а голова запрокинута назад в смехе, от которого у меня сводит живот.
Парень напротив нее выглядит так, как будто уже готов приступить к следующему блюду. Я вскакиваю с места, наблюдая за тем, что разворачивается перед моими глазами.
Да, конечно. Только через мой труп. Нихрена подобного.
Пусть прикоснется к ней, если хочет навсегда лишиться рук. Я с удовольствием переломаю все кости в его руке. Сегодня вечером мне как раз нужно выпустить пар.
Без лишних раздумий я направляюсь прямо к ним, распихивая людей, не утруждая себя извинениями.
Наконец я пробираюсь к ней, ловко вытаскиваю рюмку из ее декольте и опрокидываю в себя. Алкоголь обжигает мое горло. Она так пьяна, что у нее стеклянные и невидящие глаза, так что ей требуется чуть-чуть времени, чтобы осознать, что перед ней стою я. Мне кажется, я никогда раньше не видел ее пьяной.
Ее глаза становятся размером чуть ли не с блюдца, она взвизгивает: «Какого хера, Лейн?», спотыкается и с трудом удерживается на ногах.
Придурок напротив нее пялится на меня и принимает более агрессивную позу, когда понимает, что уходить я не собираюсь и только что обломал ему всю малину.
Ну пусть попробует.
– Убери от нее свои сраные руки! – нападаю я и подхожу ближе к нему. Во мне горит чувство собственности, хотя я понимаю, что не имею на это права. Дело не только в том, что я хочу защитить Халли, но и в том, что она очевидна пьяна в стельку, и я не позволю какому-то случайному болвану прикоснуться к ней. У них все уже точно не может быть по обоюдному согласию, и я не оставлю ее в такой ситуации.
К счастью, говнюк понимает намеки и отступает назад, поднимая руки в знак капитуляции:
– Прости, чувак. Я не знал, что она занята.
Халли бормочет:
– Я… я им не… не занята!
Она смотрит на этого кретина, потом снова на меня.
– Что ты делаешь?
– Шоу окончено. Убирайтесь все! Вон! – рявкаю я толпе, сгрудившейся вокруг нас, и наблюдаю, как зрители разбегаются. Некоторые бросают через плечо взгляды, полные сожаления. – Всем пока! Берегите себя!
Я возвращаюсь взглядом к Халли. Она стоит, скрестив руки и надув пухлые губы.
– Знаешь, что? Мне нужна еще текила, – заявляет она, разворачиваясь на каблуках, но я хватаю ее за руку, пока она не успела уйти.
– Нет уж, – протестую я, наклоняясь и одним махом перекидывая ее через плечо.
– Лейн! Боже мой, пусти! – визжит она, колотя меня кулаками по спине. Я крепко обхватываю руками ее ноги, надежно ее удерживая, а моя ладонь лежит чуть ниже ее попки и придерживает платье, чтобы никто не увидел еще одно шоу.
Утром она меня возненавидит, но если я не уведу ее сейчас, она точно сделает то, о чем пожалеет, и это будет на моей совести. Я не идеальный человек, но в данном случае считаю это хорошим и правильным поступком. Когда дело касается ее, я хочу быть джентльменом.
– Мы идем домой, Халли. Это не обсуждается.
Она фыркает:
