Договор о любви полностью

– Я думала, как сильно хочу услышать, как ты говоришь мне непристойности. Я… я все думаю о том, что бы ты говорил, если бы… – я замолкаю, слишком смущенная, чтобы продолжать. Боже, как же глупо я себя чувствую.

– Если бы что?

Выдохнув, я продолжаю:

– Если бы ты… трахал меня, что бы ты мне говорил? Я представляю твой глубокий голос, и как твои руки ласкают мое тело…

Он зажмуривается, откидывает голову на спинку кровати, выставляя напоказ шею, которая заметно вздрагивает, когда он сглатывает. Он как будто изо всех сил себя контролирует.

– Твою мать. Давай-ка вычеркнем кое-что еще из списка, Халли. Я хочу, чтобы ты помастурбировала.

– Прямо… прямо на камеру?

Мои глаза широко раскрываются от удивления.

– Да, прямо на камеру. Я хочу, чтобы ты кончила так же, как в студии и гостиной, только используй для этого свои пальцы и мой голос.

Сглотнув, я выдыхаю:

– Не знаю, смогу ли это сделать… без тебя.

– Конечно сможешь, детка.

Он встает с кровати и идет через комнату в ванную, смотря в камеру. Затем он ставит телефон на тумбочку и отступает.

У меня отвисает челюсть.

Бог мой.

Он стоит перед камерой, полностью обнаженный, и мой клитор пульсирует в такт биению моего сердца.

Я и раньше считала его сексуальным… но я понятия не имела, во что ввязалась. Его твердый член покачивается перед ним, когда он прислоняется к душевой кабине, в его глазах светится неприкрытый голод.

Я не была готова к этому моменту. Я видела силуэт его члена через шторку, и он показался мне большим. Я трогала его через одежду, но я все равно не была готова к тому, какой он на самом деле большой.

– Лейн… – я выдыхаю, слова выходят хриплыми и отрывистыми. Я оцениваю открывшееся передо мной зрелище, которое я даже представить себе не могла, но теперь увидела, и это навсегда останется в моей памяти.

Он совершенен и в том смысле, в каком я никогда не могла себе представить.

– Вот что ты делаешь со мной, Халли, – хрипит он, опуская руку и обхватывая ладонью свой член, медленно двигая ей. – У меня встает так сильно, что это даже больно. Засунь пальцы в трусики. Сделай себе приятно.

Я колеблюсь, но только мгновение, потому что, по правде говоря, несмотря на то, что я нервничаю и чувствую себя совершенно не в своей тарелке, я хочу этого. Я хочу его. И я готова.

Показывая в камеру только лицо, я делаю, как он говорит, и задираю его рубашку к своим ребрам, затем просовываю руку под резинку трусиков.

Я не отрываю глаз от экрана, где Лейн медленно дрочит, сжимая член в кулаке своей большой рукой. Его бедра подстраиваются под ритм, он уделяет особое внимание головке.

– Она… чувствительная? – спрашиваю я, затаив дыхание.

Он кивает:

– Вот здесь, – он приподнимает свой член и показывает уздечку, прикосновение к которой доставляет ему особое удовольствие. – Не могу дождаться, пока ты проведешь по ней языком.

Боже мой. Мои пальцы движутся ниже, по гладкому участку, который я только что побрила, туда, где я уже взмокла от одного только вида его удовольствия. Кто бы мог подумать, что это может быть так сексуально? Кто бы мог подумать, что Лейн Коллинз может быть еще более привлекательным с выражением эйфории на лице?

– Обведи пальцами вокруг клитора. Медленно. Представь, что это мои пальцы касаются тебя.

Я послушно продвигаю палец дальше, где уже совсем влажно, и робко обвожу клитор подушечками пальцев. Я делала это сама всего пару раз, и в лучшем случае это было неубедительно. Кажется, у меня никогда не получалось сделать это правильно, и, как бы неловко это ни было признавать, я не могла заставить себя… кончить, но звуков, которые издает Лейн, и вида того, как он неторопливо мастурбирует, почти достаточно, чтобы я почувствовала, что могу… воспламениться.

Я чувствую, что горю изнутри. Горю для Лейна.

– Хотел бы я видеть тебя прямо сейчас, с раздвинутыми ногами и влажную, засунуть в тебя пальцы и облизать твой клитор. Я хочу, чтобы ты села мне на лицо.

Я постанываю, когда мои пальцы двигаются быстрее, трогая то, что до него никто не трогал. Я возбуждена до предела.

– Хочешь этого, детка? – спрашивает он низким и проникновенным голосом. – Кончить мне на язык?

Боже мой. Я содрогаюсь от этих слов, слетающих с его уст. Сейчас я больше всего на свете хочу, чтобы он был здесь, ласкал меня ртом так, как он делал это в студии. Я никогда не забуду, каким сексуальным он выглядел, стоя на коленях между моих ног, его губы блестели от моих выделений.

– Д-да, я хочу, – шепчу я.

Он прикусывает губу, подавляя стон.

– Нет ничего слаще, чем ощущать твой вкус. Черт, я хочу утонуть в тебе. Зарыться лицом в твою киску и никуда никогда не уходить.

У меня перехватывает дыхание, и я зажмуриваю глаза, не в силах больше держать их открытыми, когда внутри меня разливается наслаждение. Телефон дрожит в моей руке, пока я все ближе и ближе приближаюсь к своему первому самостоятельному оргазму.