С полчаса я перебирала богатство в ящиках, расставляла по нужным и удобным мне местам и чувствовала себя странно. Просто всю жизнь рисовала ночью, сидя на полу возле окна, а тут… удобный мольберт, лучшие краски… И кисть мягкая, ласкающая холст…
Я замерла возле мольберта, прикрыла глаза, пытаясь понять, что хочу нарисовать. Уже смешала краску, когда поняла, что просится. Вот он, самый нужный искристо-сиреневый оттенок, такой же, как чешуя дракона. Невероятно красивый, который так сложно передать даже сейчас.
Кисть коснулась бумаги, заскользила. Я еще не рисовала – набрасывала. И увлеклась настолько, что не заметила, как вошла Мелисса. Очнулась, когда экономка громко кашлянула.
– Обед почти готов. Спуститесь?
– А илар Шанрасс?
– Ему пока нельзя покидать комнату.
– Поняла. Буду через несколько минут.
Мелисса ушла, я сняла передник, радуясь, что илар Шанрасс предусмотрел даже это, вымыла руки и поправила прическу.
В столовой почти накрыли к обеду, когда у дверей требовательно зазвенел колокольчик, и Георг вместо занятой на кухне Мелиссы, помогавшей Тиане, пошел открывать. Вернулся он через несколько минут и задумчиво посмотрел на меня.
– Илар Дантрэ с визитом. Примете или сказать, что вы еще не вставали?
Догадываюсь, насколько странно это будет выглядеть. Никто ведь не знает, что произошло в лесу. Слуги помалкивают, я тоже не собираюсь сплетничать. Так что сослаться на болезнь и не принять илара Дантрэ я не могла. На это потребовались бы логичные объяснения.
– Приму. Пусть только Аманда или Мелисса будут поблизости. И оставь дверь приоткрытой, – велела я, старательно соблюдая правила приличия.
Я не могла себе позволить остаться наедине с незнакомым мужчиной. Прикусила губу, вспоминая, как первую же ночь в замке провела в спальне Ричарда. Кажется, давно пора забыть о воспитании. Не действуют его правила в этом отгороженном от всего света мирке.
Илар Дантрэ вежливо поприветствовал меня, я ответила тем же. На его коротких светлых волосах виднелись капли дождя: погода снова ухудшалась. Одетый в светло-синюю рубашку, черный жилет и брюки, он выглядел просто и совсем не походил на аристократа и хозяина поместья «Утренний свет».
Мелисса принесла еще один прибор, и я была вынуждена пригласить гостя к столу.
Во время еды мы разговаривали на вполне классические темы: о погоде и моих впечатлениях о прогулке, хотя чувствовалось, что илар Дантрэ хочет спросить о чем-то еще.
Когда Мелисса, старательно изображая невозмутимость, принесла десерт, илар Дантрэ поинтересовался:
– У вас все хорошо, илара Таринс? Никто в замке не обижает… помощницу илара Шанрасса?
В последнем вопросе чудилась едва заметная насмешка.
– Благодарю за беспокойство, все хорошо.
Вот вроде безукоризненно вежлив, учтив, обаятелен… А сбежать и отделаться от него хочется до безумия. И порой от взгляда этого илара по коже словно мороз проходит. Может, так действует запрет Ричарда на наше общение? Хотя это было больше пожелание, чем приказ.
– Может, составите мне компанию на прогулке завтра днем?
– Нет, простите, – вежливо ответила я.
– Ричард запретил вам со мной встречаться и общаться? – чуть склонив голову набок, поинтересовался илар Дантрэ.
Я подняла на него глаза, отмечая, что в его зрачках буквально вспыхивают льдинки.
– Полагаю, у него на то есть веские причины.
– О которых он вам, конечно, не сообщил, – спокойно заметил илар Дантрэ.
– Может, вы будете столь любезны и сами сообщите о причинах вашей вражды? – не удержалась я, поднимаясь.
Мужчина усмехнулся, тоже встал, но сделал это спокойнее и медленнее, чем я. На мой вопрос, конечно, не ответил.
– Илар Дантрэ, вы зачем приехали? – прямо спросила я.
– Вы мне понравились, илара Таринс. Разве это не очевидно?
Так понравилась, что в глазах у него стынет лед? Что прячется за его словами?
– Как бы ни сложились наши отношения дальше, вы всегда можете рассчитывать на меня и мою помощь, – спокойно сказал он.
Я от удивления даже открыла рот.
– Долго вы в замке не продержитесь. Наверняка вам уже рассказали, что две предыдущие помощницы илара Шанрасса сбежали.
Мысль «А не приложил ли к этому руку илар Дантрэ?» так и вспыхнула искрой.
– Я не желаю вам зла, илара Таринс.
И от этого мягкого вкрадчивого голоса пробирает морозом уже до костей. Хочется закрыться, хоть как-то защититься…
– До встречи, – попрощался он и исчез за дверью, не дожидаясь ответа.
Мелисса заглянула в приоткрытую дверь, подошла ближе.
– Душа у него темная, илара… Не так уж неправ хозяин, что запрещает вам с ним общаться.
Я только вздохнула.
Мелисса передала, что хозяйка «Сладкой булочки» спрашивала обо мне сегодня утром, просила передать, что соскучилась по общению, приглашала на чашечку горячего шоколада.
