Оглядывалась, искала на берегу семена огнецветов. Не сразу рассмотрела их среди песка. Золотистые, продолговатые, сверкающие. Они падали в песок, и там, где вода касалась их, начинали пробиваться стебельки самых обычных цветов. Остальные же просто умирали.
Я выбрала семечко и для надежности присыпала его песком. Бережно вытащила спрятанный флакон с живой водой. Капля сверкнула бриллиантом, впиталась в песок, под которым укрылось семечко. И я принялась ждать.
Солнце всходило медленно. Ричард говорил, сажать цветок надо на рассвете, чтобы успела появиться роса, и я надеялась, что все сделала как надо.
Вскоре из песка, словно невероятное чудо, появился стебелек, купаясь в первых лучах солнца. Остальные растения, которым удалось добраться до воды, тоже стали неспешно вылезать из песка. Я знала, что только к обеду раскроются их венчики, и возле бирюзового озера вспыхнет лента алых цветов, раскрасит желтый песок в новый оттенок. Мой же огнецвет должен распуститься вот-вот.
У одной из пальм неподалеку я обнаружила небольшой родничок и с жадностью напилась, практически не сводя глаз с посаженного мной ростка, который тянулся вверх буквально на глазах.
Чувствуя сильную слабость, передохнула и подобралась ближе. Был соблазн искупаться в озере, пока солнце не поднялось выше и не начало припекать, но я удержалась. Если пропущу момент, когда на цветке появится роса, ни за что себя не прощу. Ведь тогда все – все мои испытания, весь риск – будет напрасным!
Солнце почти взошло, когда венчик огнецвета раскрылся. Вспыхнули волшебным огнем лепестки, засияли посреди пустыни. Зачарованная, я смотрела на цветок, не в силах отвести от него глаз. Прожилки на лепестках переливались, от цветка сыпались искры, а потом… появилась столь необходимая роса. Словно чьи-то слезы, прозрачные и хрустальные. Казалось, она звенит на ветру. И когда под каплю я подставила раковину, в нее скатилась вовсе не роса, а маленький драгоценный камень.
Охнула от неожиданности, скинула рубашку и завернула в нее драгоценную находку. Знала, что не потеряю, но все равно опасалась этого. Флакон оставила тут. Это мой маленький подарок пустыне, открывшей за одну ночь много простых истин.
А теперь пора возвращаться. Обратно. К моему дракону. К тому, кто так отчаянно ждет и верит, что я найду дорогу домой и не сгину среди песков.
Поднялась с трудом. Меня мутило, кружилась голова. Заставила себя сосредоточиться, рисуя в воздухе пальцами замок, выпуская искры своего дара.
Завыл за спиной ветер, послышались голоса людей. Не оглядываясь, я поняла, что свою беглянку нагнали дикари и пощады можно не ждать. Духи граней подхватили меня, толкнули на нужный путь, едва реальность стала превращаться в знакомое и желанное полотно.
Засвистел ветер, ударил в спину, и я бросилась вперед со всех ног, задыхаясь и понимая, что в любую минуту могу просто упасть и не подняться. Сил не хватит. Слишком их мало.
– Агата!
В какой-то момент я оказалась в руках Ричарда, который от чего-то увернулся. Страшный треск, грохот, пыль от камней…
Я дернулась, оглянулась. В стену склепа, где мы почему-то находились, попало копье одного из дикарей, отправленное мне вслед. Я избежала столкновения с ним лишь благодаря быстрой реакции Ричарда, который защитил меня и оттолкнул в сторону.
– Однако знатная вещица, – заметил Альфред, появляясь из стены и рассматривая копье.
Я ничего не ответила, просто провалилась в темноту.
За окном снова лил дождь, и где-то вдали слышались раскаты грома. Из-за близости гор они ощущались особенно ярко. Спать не хотелось, за те две недели, которые я провела в постели, отдохнула на всю оставшуюся жизнь. Я бы поднялась раньше, отправилась хотя бы прогуляться, но Ниар не просто запретил, но и всю прислугу в замке настроил на нужный лад. Аманда, когда я немного окрепла, принесла бумагу и карандаши, Тиана баловала вкусной едой, а Мелисса вообще постоянно находилась либо в моей комнате, либо поблизости. Будто других забот у них в замке не имелось!
Но в то же время я искренне была признательна всем за внимание и заботу. Просто раньше не сталкивалась с этим: в Иларийской академии благородных девиц все было иначе. Нельзя забыть и вычеркнуть проведенные там годы, четко вбитые ценности и представления о том, как должно быть и как стоит себя вести.
Несколько мгновений я еще прислушивалась к шуму дождя и грому за стенами замка. В эти звуки приятно вписывался едва слышный треск поленьев в камине. Покосилась на письмо, которое начала писать Любаве, интересовавшейся, как у меня дела, вздохнула и повернулась к Ричарду.
Он спал в кресле рядом с моей постелью. Под глазами пролегли тени от усталости, волосы немного спутаны. Ричард не разговаривал со мной все эти дни, да и заходил лишь несколько раз, и то в компании Ниара.
