Докричись до меня шёпотом полностью

Чих. Громкий, с извинениями.

Его работа требовала сосредоточенности и скрытности, но девушка, что шагала след в след за ним, видимо, не знала мер предосторожности.

Он посмотрел за спину.

Риган, растирающая до этого ладонями мокрое платье в надежде немного согреть своё тело, замерла и уставилась напуганными глазами на стоящего в нескольких шагах Стейнера. Как некстати, предательски заурчало в желудке.

Раздался грохот, потом скрежет, словно острыми длинными когтями процарапали по камню, и наконец чудовищный, невообразимый рёв, от которого у Хоув заложило уши.

Мимо неё пролетел чёрный силуэт – это конвоир рванул на крики монстра.

Новоиспеченная банши прыгала с одной ноги на другую и не знала, что хуже. Остаться одной посреди мрачного жуткого замка или в компании жнеца, что вот-вот встретится с мракобесием.

Снова грохот. Звук крошащегося дерева от удара об стену. Риган взвизгнула и, развернувшись, побежала вниз по лестнице, перекрикивая вой мятежного духа:

– Стейнер, подожди!

Стейнер и не думал останавливаться. Ему необходимо было уловить ауру проклятой субстанции. Желательно подкрасться незаметно и нанести пару ударов, чтобы мятежный ослаб.

Уже близко! – по позвоночнику пролетела ледяная стрела. Жнец замедлился и стал красться. Поворот запястья, и в руке материализовался железный клинок, что был обоюдно затуплен. За углом, в глубине комнаты, находилась проклятая душа и срывала со стен ветхие гобелены.

Пара ударов по голове, потом по печени, подсечка. Ухватить за горло и рывком опустить на каменный пол. Ударить в лицо. Наложить печать, пока мятежный в прострации. Сковать.

Чётко выстроенный план. Ещё раз аккуратно заглянув в комнату, не привлекая внимание духа, он просчитал траекторию прыжка, перекинул меч в правую руку и уже готов был покинуть своё укрытие. План накрылся мягким тазом. Вбежавшая на всех порах Риган влетела в присевшего Стейнера, снесла его и навалилась сверху всем своим весом. Меч звякнул и отлетел вглубь коридора.

У банши ушло сердце в пятки, жнец не дышал. Одновременно они повернули головы, стоило мятежному духу зарычать.

Прошипев неразборчивое проклятье, он дёрнулся и сбросил с себя предвестницу. Не успел подняться и принять оборонительную стойку, как дух схватил его за грудки и отбросил на несколько метров. Полёт был короткий, приземление – неприятным. Протаранив собой ветхие оконные рамы, рухнул в боярышник. Матерясь как портовый работник, вылезая из колючих кустов и царапая ладони, он задался вопросом – За какие заслуги ему досталась такая помощница?

Всё случилось так быстро, что до Риган дошло не сразу – она осталась наедине с мятежным. Хруст шейных позвонков, что издавал дух при повороте головы, вводил в ступор. От страха она не могла пошевелиться. Ноги стали ватными, сердце билось с бешеной скоростью, отдавая свой ритм крови, что гремела в ушах, или же это были крики душ, которых сожрал мятежный. Стоящий перед ней, некогда мужчина, судя по состоянию тела и источаемому запаху – давно мёртвый, издал рык, скалясь жёлтыми прогнившими зубами. Он дёрнулся, разворачиваясь всем телом. Челюсти его подрагивали, руки тряслись в мелкой конвульсии. Глаза заволокло тьмой, а тело исчерчено чёрными вздувшимися венами, что словно реки покрывали его. Всё это говорило о силе проклятого.

– По мою душу пришли? – прохрипел одержимый.

Риган так бы и стояла каменным истуканом, если бы не Стейнер, что показался в оконном проёме.

– Кричи! – проорал жнец. – Кричи, кому говорю.

Хоув закричала и рванула прочь, сверкая подошвой мягких плетёных балеток.

Стейнер замер, наполовину залезши в окно, и смотрел, как его помощница быстрее породистой скаковой лошади покидала коридор.

Мятежный, видимо, тоже не ожидал такого расклада и стоял растерянный. Один короткий взгляд на жнеца смерти, и дух помчался вслед за банши.

Стейнер зарычал сквозь зубы. Перевалившись через подоконник, подлетел к клинку и, схватив его за рукоять, побежал догонять нерадивую предвестницу смерти или мятежного, тут уж как не повезёт.

Глава 12. Сильные мира сего

Хагун хрипел. Вдохи давались ему с трудом, и когда кислород попадал вовнутрь, казалось, что топором разрубают лёгкие. Опершись на каменную ограду одной лапой, в другой он сжимал фарфоровую бутыль.

– Что так долго? – поинтересовалась Верховная Банши.

– Я тут выяснил, что лисьи демоны не любят, когда у них крадут храмовое вино, – ещё не восстановив дыхание, пролепетал Хагун, протягивая сосуд Божеству Исхода.

– Да, эти белоснежные обманщики очень упрямые. Что, не получилось их обыграть? – вздёрнув одну бровь, Смерть посмотрел на ритхуда с усмешкой. – Впрочем, и мне никогда не удавалось обставить коварных лисиц.

– Тебе в азартных играх везёт как утопленнику, – сообщила Верховная Банши, раскуривая трубку.