– Здесь красиво, – бормочет она, и я не могу не согласиться. Деревья отбрасывают тень, стол роскошно сервирован, а стулья кажутся невероятно удобными.
– Я подумала, что мы могли бы начать с дегустации вин, – говорит Ким, поднимая на меня взгляд.
Она наклоняется ко мне, явно флиртуя со мной, но я стараюсь не поддаваться ее шарму. Понимаю, что именно так мне следует вести себя, чтобы продвинуться по карьерной лестнице. Мне следует общаться с теми, с кем мистер Астор сводит меня, а он явно хочет, чтобы я был с Ким. Я уверен, что он намерен сделать из нас пару… но мне нужна его внучка.
Я киваю Ким, отодвигая перед ней стул. Она светится изнутри, и я улыбаюсь ей. Она прекрасная женщина. Если бы я не был так очарован Амарой, она была бы идеальной парой для меня. Я понимаю, почему мистер Астор хочет, чтобы мы были вместе. Мы оба врачи. Мы оба молоды и амбициозны.
Я наблюдаю за тем, как Амара, стиснув зубы, садится рядом с Ким. Я чувствую себя чертовски беспомощным. Что бы я ни делал, я все равно в проигрыше. Чисто технически, сегодня у меня свидание с Ким, но Амара… Кто она для меня?
Я сажусь напротив Ким. Она наклоняется, протягивая мне бокал вина.
– Попробуй вот это, Ноа.
Улыбаясь ей, делаю глоток.
– Ого. Хорошее.
Она одобрительно кивает и подносит бокал к своим губам. Интимный жест. Она прекрасна, она великолепна… но, черт возьми, она не Амара. Амара, пожирающая взглядом бокал Ким, словно хочет, чтобы он разбился.
Я снова засовываю руку в карман и усиливаю вибрацию ее игрушки, отвлекая ее. Я тут же сожалею об этом, завидев Грегори, идущего к нам навстречу с устремленным на Амару взглядом. Он выглядит таким же завороженным, как и я, и я жалею, что зажег румянец на ее щеках.
– Прости за опоздание, милая, – говорит он, наклоняясь к ней. Я весь съеживаюсь, при одной мысли о том, что он ее поцелует, во мне поднимается волна негодования. Его рот слегка задевает ее щеку, не губы, но это никак не может усмирить мой внезапно вспыхнувший гнев.
Он кивает мне и поворачивается к Ким.
– Даже не верится, что мы снова здесь втроем, вместе. Когда мы с Амарой были здесь в последний раз? Кажется, года три назад.
Он посмеивается и смотрит на Амару.
– Да… Я отчетливо помню, когда мы были здесь в последний раз, – добавляет он, на что-то намекая.
Глаза Амары расширяются, и мое сердце болезненно сжимается. Возможно, я завожу ее прямо сейчас, но он прекрасно знает ее тело, а я – нет. Он имел ее так, как мне никогда не светит.
– Ух. Даже не напоминай. Явно я застала вас врасплох, ребята, – говорит Ким, покачивая головой. Она оборачивается и смотрит на меня. – Эти двое… они просто как кролики, скажу я тебе. Если они сегодня потеряются, не вздумай их искать. Ты никогда не сможешь разглядеть увиденное.
Я заставляю себя улыбнуться, подавляя боль и ревность. Амара… она не моя. Она никогда не будет моей. А эти чувства, они просто бесполезны.
– Может, стоит повторить, дорогая? Позадираем Ким еще немного, – смеется Грегори, в то время как Амара, стиснув зубы, пытается удержаться от ответа, покрывшись ярко-красным румянцем.
Какого черта я с ней делаю? Чем я вообще занимаюсь? Она моя пациентка и внучка Гарольда Астора.
Такой мужчина, как Грегори… вот с кем она в итоге будет. Нефтяной магнат. Очень богатый, знающий ее мир. Кто-то, кто сможет обеспечить для нее привычный образ жизни. До сегодняшнего дня я ни разу не был на винограднике. Ничего подобного в моей жизни не было и, наверное, никогда не будет. Возможно, сейчас ей интересно со мной, но со временем чувство новизны исчезнет, и она будет жить дальше. Со мной она лишится всего, а у меня останутся лишь сожаления и воспоминания.
– Извините, мне нужно отойти на минуту, – говорю я Ким, поднимаясь со стула. Я пытаюсь не выдать своих чувств, но у меня ничего не получается. По дороге в уборную, мимо которой мы проходили ранее, в моей голове крутятся мысли. Какого черта я здесь делаю?
– Ноа.
Я останавливаюсь, услышав ее голос, и поворачиваюсь к ней. Амара стоит у дерева, и я подхожу к ней, по моим венам струится гнев. Она делает шаг назад, вплотную прижавшись к дереву позади себя.
– Кролики, значит? – говорю я, стиснув зубы, и, обхватывая ее за шею, скольжу большим пальцем по ее коже.
– Он не должен был этого говорить. Он специально ведет себя как придурок, – говорит она мне с умоляющим взглядом.
– Он познал твое тело, как мне никогда и не светит. Твоя киска намокает при одной только мысли обо мне, но я не знаю, каково это, когда она сжимается вокруг моего члена. Скажи, ты стонала его имя? Ты кончала с ним так же, как и со мной?
Она качает головой. В ее глазах читаются отчаяние и искренность.
– Никогда, Ноа. Ни разу. Клянусь. Я ни разу не кончала с ним так, как с тобой. Поэтому я и создаю игрушки. Ни один мужчина ни разу не доводил…
Я пристально смотрю на нее и медленно провожу рукой вверх, прикладывая большой палец к ее губам. Ее милый ротик приоткрывается, и она облизывает языком губы.
– Ты когда-нибудь брала у него в рот?
Она качает головой, ее глаза расширяются.
– Эта мысль никогда не привлекала меня. Не с ним.
