– Может, я и не тот, кто тебе нужен в данный момент, но ты захочешь быть со мной, Амара. Я буду нужен тебе, и ты прибежишь ко мне, умоляя дать тебе еще один шанс.
Я улыбаюсь, весьма позабавленная его словами.
– Ты сумасшедший. Я держала язык за зубами только из уважения к отношениям между твоим отцом и моим дедом. Не дави на меня, Грегори. Тебе не понравятся последствия.
Скрестив руки, Грег пристально смотрит на меня.
– Ты, может быть, и Астор, но без деда ты никто. Со временем ты поймешь, где твое место. Я потерплю, Амара. Ради тебя я потерплю.
– Именно поэтому я никогда не буду твоей. Я сделаю выбор в пользу мужчины, который станет мне опорой и не будет делать из меня содержанку. Тебе не понять этого, Грег. Никогда не понять. Поэтому я не буду твоей. И никогда ею не была.
Я встаю, чувствуя, что мне нужен воздух.
– Кажется, я немного перегрелась на солнце, – бормочу я.
Ноа смотрит на меня и, кивая, встает.
– Я отвезу тебя домой. На завтра у меня полная запись, так что мне в любом случае нужно возвращаться.
Кивнув, спешно благодарю Ким и ухожу, прежде чем Грег успевает настоять на том, чтобы отвезти меня самому. Ни секунды больше я не могу терпеть его присутствие.
Слышу, как Ноа бежит за мной, и облегченно вздыхаю, когда он догоняет меня.
– Что он сказал? – спрашивает он, в его голосе слышится напряжение.
Я поднимаю на него взгляд, думая, что ему ответить. И решаю сказать правду.
– Что я в итоге все равно вернусь к нему, что он будет ждать меня, пока я наиграюсь с прислугой или что-то в этом роде.
Ноа недовольно морщится, открывая передо мной дверь машины. Я не могу отделаться от чувства, что мне стоило держать язык за зубами. Он выглядит уставшим, садясь за руль. Уставшим – это даже мягко сказано, он изнеможден.
– Так вот чем ты занимаешься? – спрашивает он, не отрывая взгляда от дороги, пока мы выезжаем с территории огромного поместья.
– Нет. Боже, нет. Конечно же нет, – говорю я, поспешно выплевывая слова из своего рта.
Ноа бросает на меня мимолетный взгляд и вздыхает.
– Он прав. Со мной у тебя никогда не будет той жизни, к которой ты привыкла. Даже если мы оба будем работать как проклятые, сомневаюсь, что мы когда-либо станем настолько богаты.
Он проводит рукой по волосам, качая головой.
– Что я вообще несу?
Я смотрю на него, мое сердце болезненно сжимается.
– Я… Ноа, мне ничего этого не нужно. Я выросла без этого, и я могу обойтись без всего этого.
Он смотрит на меня, качая головой.
– Твой дед предлагает мне возможность всей моей жизни, Амара. То, чем мы с тобой занимаемся… это все глупость. Я признаю, что хочу тебя. Я хочу тебя так сильно, как никогда не хотел никого другого. Но у нас с тобой ничего не получится. Мы уже зашли слишком далеко, и ты это знаешь.
Я киваю и смотрю в окно.
– Я знаю, Ноа. Но я ничего не могу с этим поделать. Я не могу перед тобой устоять. Я никогда раньше не испытывала подобных чувств. Я знаю, что поставлено на кон. Поверь мне, я знаю. Но я ничего не могу с собой поделать.
Он крепче сжимает руль, кивая.
– Я тоже, детка, – бормочет он. – Но нам нужно остановиться, пока наши отношения не вышли из-под контроля. Сегодня, когда я прикасался к тебе… Черт. Если твой дедушка узнает, понимаешь, что он сделает со мной? Нам нужно поставить наши отношения на «стоп».
Прикусив губу, смотрю на колени. Если мы и дальше будем продолжать в том же духе, я собственноручно разрушу будущее Ноа.
– Знаю, – шепчу я в надежде, что существует какой-то другой вариант, но понимаю, что его нет.
– Ты всю неделю молчалива и рассеянна. Что случилось, дорогая? – спрашивает Лея.
Я немного колеблюсь, прежде чем ответить ей.
– Ноа избегает меня с того самого дня, как мы были на винограднике. Я два раза заходила к нему в клинику, но его не было на работе. Или же мне так сказали. На мои сообщения он тоже не отвечает.
Вздыхая, Лея ложится рядом со мной на кровать.
– Дорогая, что ты вообще делаешь? Он же сказал тебе, что вы не можете быть вместе. Он буквально сказал тебе, что его будущее в руках твоего чокнутого деда. Чего ты добиваешься?
Я беру ее розового плюшевого медведя, обхватывая его руками, и чувствую, как меня разрывает на части.
– Не знаю, Лея… Просто он мне очень нравится. Я никогда ничего подобного не испытывала. Клянусь, я не играю ни в какие игры… Это не просто острые эмоции или что ты там думаешь. Я просто… когда я с ним, я счастлива. Думаю, он испытывает то же самое.
Она смотрит мне в глаза, кивая.
– Да, я никогда не видела, чтобы ты была так без ума от кого-то. Но стоит ли игра свеч?
– Не знаю, – честно отвечаю я ей. – Кажется, дедушка готовит его к тому, чтобы он руководил достаточно значимой частью семейного бизнеса, так что он явно ценит Ноа.
Лея смотрит на меня, поджав губу.
