Я тяну ее за дерево, чтобы нас обоих не было видно.
– Встань на колени, – говорю я ей, прислоняясь спиной к дереву.
Щеки Амары становятся пунцовыми. Она делает то, что я ей говорю: она задирает платье и садится на колени передо мной. Ее взгляд падает на мои брюки, и я еле сдерживаю стон, когда она расстегивает мой ремень. Я чертовски сильно ее хочу.
Я запускаю руку в карман, чтобы взять пульт, как она стягивает с меня джинсы и вместе с ними боксеры. Ее движения напористы, и я не могу удержаться от легкой усмешки.
– Посмотри на себя, принцесса. Черт, ты только посмотри на себя, стоишь на коленях посреди виноградника, и нет другого такого места, где бы ты предпочла сейчас оказаться, а?
Амара улыбается мне, крепко зажав мой член. Мои глаза закрываются от ее прикосновений.
– Черт, – стону я.
Амара смеется. Когда я опускаю на нее взгляд, вижу, что она смотрит на меня. Не отрывая взгляда от моих глаз, она не спеша подносит губы к моему члену, дразня меня.
Я ухмыляюсь, усиливая вибрацию игрушки, наслаждаясь тем, как быстро меняется выражение ее лица.
– Не надо этого дерьма, Амара, – предупреждаю я ее. – Будь хорошей девочкой, соси мой член.
Ее губы смыкаются вокруг члена, и я стону, не в силах сдержаться. Ее рот чертовски горячий и тугой. Я наблюдаю за тем, как она заглатывает мой член все глубже, и запускаю руку в ее волосы, крепко сжимая их, пока она двигает головой вверх-вниз.
– Я помогу кончить тебе, пока ты будешь сосать мой член, – говорю я ей, притягивая ее к себе за волосы, упираясь членом до самой глотки. Я думал, что Амара подавится, но она жадно берет его. Я почти кончаю, когда она сглатывает. Мой член ни разу не испытывал ничего подобного.
Я вожусь с пультом, который она мне дала, и едва в состоянии сосредоточиться на чем-то, так хорошо она мне отсасывает. Она стонет, когда я усиливаю давление на клитор, и вибрации ее голоса почти доводят меня до кульминации.
Крепче сжимая ее волосы и удерживая ее голову неподвижно, медленно вхожу в ее рот, а затем высовываю член, постепенно увеличивая темп.
– Посмотри на себя, детка. Посмотри, как ты берешь мой член. Ты хорошая девочка, не так ли?
Она стонет, ее глаза затуманены от возбуждения. Как она ласкает мой член языком, не выпуская его, даже когда я пытаюсь вынуть его… Черт, это просто нереально.
Она стонет все громче, и я едва могу устоять, когда она, закрыв глаза, содрогается от нахлынувшего на нее оргазма. Я вовремя вытаскиваю член изо рта, запачкав ее лицо и платье.
Амара подносит руку к лицу и проводит пальцами по жидкости, испачкавшей ее кожу. Она поднимается, улыбаясь. Я тянусь к ней и, задрав ее платье, вытираю пятна его краями.
– Детка, ты будешь ходить в испачканной одежде, напоминающей тебе о том, кому ты, черт возьми, принадлежишь.
Она кивает. Я наклоняюсь к ней, грубо притягивая ее к себе. Я целую ее, выплескивая остатки затаенного гнева. У нее перехватывает дыхание, когда я с улыбкой отстраняюсь от нее.
– Твой ротик мой, принцесса, – я опускаю руку и задираю ее платье, пробираясь ладонью между ее ног. Я проталкиваю ее игрушку глубже, желая вставить свои пальцы вместо нее. – Эта киска тоже, слышишь?
– Да, Ноа, – говорит она. Ее глаза пылают от вожделения. – Но тебе тоже следует кое-что запомнить. Даже не думай флиртовать с Ким, иначе не дождешься бо́льшего.
Я улыбаюсь ей, мне нравится эта черта ее характера. Всего несколько минут назад она стояла передо мной на коленях, и вот она уже ставит меня на место… Не думаю, что мне когда-нибудь надоест эта девушка.
Я дрожу, когда Ноа ведет меня обратно к столу. Я отчаянно хочу его. Мне мало игрушки. Я хочу, чтобы он вошел глубоко в меня. Я хочу, чтобы он был рядом, чтобы его тело прижималось ко мне. Я никогда никого не хотела так сильно, как его, а он, кажется, даже не осознает этого. Ему не стоит беспокоиться по поводу Грегори. Ни капельки. Как бы мне хотелось, чтобы он понял это.
Заметив нас, Ким поднимает на меня вопрошающий взгляд. Не могу удержаться от ухмылки. Вспыхнувшая в ее глазах ревность вызывает во мне странное чувство удовлетворения. Странное, потому что оно не вяжется с чувством вины, испытываемым мной. Я никогда не была собственницей, но с Ноа все иначе. Я воспользуюсь любым представившимся мне поводом, чтобы дать ей понять, что он не для нее, хотя кто бы говорил. Это иррационально, это безумие, но я ничего не могу с собой поделать.
Все мое тело как комок оголенных проводов, когда я сажусь рядом с Грегори. С Ноа я кончила так сильно, что едва могла вытерпеть тонкие вибрации, которые он посылал по моему телу. Как он держал меня за волосы, как он впивался в мой рот, гнев в его глазах, исходящее от него чувство опасности. Я хочу большего. Мне так хочется спровоцировать его на большее, чтобы он снова потерял контроль над собой. Я хочу приоткрыть завесу над мужчиной, который скрывается от целого мира.
– Где вы были?
Я поворачиваюсь к Грегори и вздыхаю.
– Я заблудилась, – вру я. – Ванные комнаты не там, где были. Здесь просто лабиринт.
