Я подхватил ее на руки и отнес в спальню, освобождая на ходу от одежды. Она била своими маленькими кулачками мне по спине, а я целовал ее ключицы. Буквально, сорвав с нее трусики (конечно, больше это походило на нитки), я жадно поцеловал ее бедра, раз за разом глубже проникая языком, заставляя ее стонать. Несколько минут, нарастающий темп и она кончила мне в рот, выгибая свою прелестную спинку.
Ей потребовалась пара минут, чтобы прийти в себя, уложить меня на кровати и оседлать. Она ритмично двигалась на моем члене, а я никак не мог сосредоточиться на ее груди. Темные соски так и манили, чтобы их поцеловали, но я был мыслями далеко. Я представлял сверху себя Лиззи, ее голос, который становится хриплым, когда она кончала. Ее волосы, которые спадали на плечи и струились будто шелк.
– Кайл, бамбино, ты не здесь!
Я посмотрел на Франческу как будто увидел ее в первый раз.
– Прости, милая! Тяжелый день!
Она слезла с меня и ушла в ванну, ругаясь по-итальянски, а я натянул боксеры, укрылся одеялом и чувствуя себя отвратительно опустошенным, провалился в тревожный сон. Мне снился пациент и его папа, требующий покрытие всех расходов по страховке, пицца, которая пыталась меня укусить и другой бред. Утром я проснулся разбитым, голова гудела, а вторая половина кровати была предательски пуста.
Я подумал, что облажался. И грядущий день доказал мне это не раз.
Прием за приемом я был очень не сосредоточен. Пока осматривал парня, которому требовалось обрезание, думал о том, что скажу Джоан. Унижаться не хотелось, но как ей рассказать, почему я звоню, у меня идей не было.
– Доктор, а что же мне делать?! – от мыслей отвлекла меня молодая особа, которая пришла проконсультироваться по поводу родинки, которая начала расти у нее между грудей.
Я взглянул на нее, будто увидел в первый раз.
– Простите, отвлекся. А почему вы попали ко мне – с таким вопросом вам лучше обратиться к онкологу, но не к нейрохирургу.
– Но у вас в клинике нет онкологов! Да и какая разница, вы разве не можете мне помочь?!
– Простите… – я бросил быстрый взгляд на ее лечебную карточку, – Мисс Пирсон, вас ввели в заблуждение. Разница есть, а я не смогу вам помочь!
– Я буду жаловаться! – она крикнула у порога, а потом вышла, громко хлопнув дверью.
– Зашибись!
Я устало сел в кресло и посмотрел на свое расписание. В этой череде пациентов мне пора было переквалифицироваться в терапевта и забыть о хирургической практике.
Зазвонил внутренний телефон.
– Что это было? – голос у Дайаны был напряженный.
– Скажи, кто направил эту фурию ко мне?
– Мистер Уоллерс. Это его какая-то знакомая – очень просил, чтобы именно вы ее осмотрели.
Мне нечего было сказать. Что это была за игра, мне было неведомо, но складывалось впечатление, что Уоллерс просто ждал, когда я сам психану и уйду из больницы.
– Доктор Мэтьюс, как вы?
– Дайана, пожалуйста, принеси мне кофе.
Несмотря на то, что мне пришлось выслушать отповедь нашего специалиста по страховкам, документы для которого я заполнил из рук вон плохо, еще несколько пациентов с пустяковыми жалобами, ровно в два часа я сидел в кресле и перебирал номера в телефонной книге. Когда дошел до Джоан Спенсер, мое сердце пропустило удар.
Я так и не приготовился к этому разговору, но тянуть смысла не было. Джоан взяла трубку после третьего гудка.
– Добрый день, Кайл!
– Здравствуйте, Джоан!
Мы помолчали.
– Я рада тебя слышать, но в чем причина такого внезапного звонка?
– Я хочу домой! – ничего умнее, как признать свое полное фиаско, я не нашел.
Снова молчание на том конце провода, которое начало меня раздражать. Джоан наконец заговорила.
– Не буду говорить, что я тебя предупреждала. Это будет глупо и непрофессионально с моей стороны. Не буду даже задавать вопросы, что же случилось. Это еще более непрофессионально – обсуждать коллег. Зная Уоллерса, я догадываюсь, что ты сидишь без дела.
Она ждала моей реакции, и я подтвердил ее догадки.
– Кайл, мне правда жаль, что ты зарываешь свои таланты. Я думаю, что для тебя не будет большим сюрпризом, если я скажу, что я не буду ждать тебя у себя в клинике. Я не очень хочу, чтобы ты потерял свою репутацию, вернувшись в Нью-Йорк как побитая собака.
– Но…
– Не спорь – это именно так и будет! Назови мне хоть одну звучную операцию, которую ты смог провести, и о которой писала бы хоть одна, хотя бы местная, газетенка.
– Туше!
– Я помню о моем обещании помочь тебе с открытием клиники здесь, но, для начала, мне нужно заручиться поддержкой мэра. Есть помещение, есть гранты на оборудование, но должен быть принципиальный контракт.
– А в чем загвоздка?
– Его племянница – наша пациентка. Ее лечит небезызвестная тебе особа: когда все закончится хорошо, тогда и будет разговор. Твоя судьба – в руках Элизабет.
Я закрыл глаза и выдохнул. Судьба решила до конца отыграться на мне – раньше Лиз зависела от меня, а теперь я был полностью в ее власти. Но, благо, она даже не догадывалась об этом, иначе, я думаю, она бы меня уничтожила.
– Кайл, ты же понимаешь, что я не смогу не сказать об этом Элизабет.
– Джоан, не уверен…
