— Ариэн, — позвал я, как только закрыл за собой дверь. Он слабо дернул плечами и посмотрел на меня пустыми уставшими глазами. — Мне нужна твоя помощь. Завтра Служба убьет еще двадцать человек, — он вздрогнул и с ужасом посмотрел на меня, как будто только очнулся. Но тут же взял себя в руки, только зубы сомкнул так, что я услышал тихий хруст. — Их семьи. Я случайно узнал. А ты… Никто не сможет остановить куратора, но я подумал…
— Я думал, ты верен Службе, — Ариэн смотрел на меня недоверчиво, и слова его звучали едко. Но по реакции я понял, что ему не все равно.
— Я верен Госпоже, а Она не давала приказ их убить. Я верю, что Ее можно было бы убедить поговорить с Куратором. Но не знаю, где Она и когда вернется. А ты… твоя сила — останавливать смерть.
— Ее нет. Она внутри меня, и я не знаю, как ее освободить.
— Ополчение знает. Я слышал, что они уже смогли это сделать. Ты спасешь тех людей, если сможешь управлять силой? — я понимал, что времени почти нет. Что Рич уже наверняка спустился на первый этаж и раскрыл мой обман, и страх из-за того, что сейчас ничего не получится, стал вязким. Я в нем просто тонул.
— Да. Но если нужно найти ополчение, тебе придется… — он сощурил глаза и вдруг не веря открыл рот. — Ты хочешь, чтобы я дал тебе слово… вернуться? Правда? Твоя клятва так много значит, что ты готов держать ее перед ней?
У меня не было короткого и внятного ответа. Госпожа бы меня не простила, но в глубине души я надеялся, что поняла бы мое решение. Я делаю это не ради себя, а ради тех людей, которых в состоянии спасти. Это и есть мой долг, и я понимаю цену, которую придется заплатить за его выполнение. Как будто снова стал телохранителем, снова нашел цель, за которую стоит бороться, ничего не жалея.
— Пообещай.
— Даже если так, — Ариэн дважды мотнул головой, будто прогоняя ненужные мысли, и кивнул. — Я даю слово. Но цепи, — он указал на руки.
— У меня есть ключ, — не теряя времени, я попытался расстегнуть его оковы. Но руки слишком тряслись от нервного напряжения.
— А как мы отсюда выйдем? Я не способен сейчас драться, и ты…
— Если повезет, хватит одного удара. Я ослаблю замок, — ключом я указал на съезжающие размерные пазы наручей, — когда я уйду, ты попробуешь подловить кого-то из них на невнимательности.
— Но что ты скажешь Ричу сейчас?
— Совру, что мне показалось. Арон правда выглядит плохо.
— Хорошо, я понял. Но куда мы пойдем? — я не скажу, что об этом не думал. Может, не ждал, что мы дойдем до этого момента. А вправду, как мы вообще незаметно выберемся из трактира, даже если примерим их одежду? Все равно все будет написано на лицах. И где искать помощь? Эти вопросы ударили по сознанию так сильно, что я готов был уже сдаться, совсем забыв, что значит принимать решения и нести за них ответственность. Но мысли — ничто по сравнению с пронзительным голосом Рича. Он прорычал мое имя, и за закрытой дверью я услышал его медленные шаги.
Киан
У меня тоже было оружие, но в отличие от Рича я старался не поранить и точно не убить. Не знаю даже, чего именно пытался добиться, но в итоге Рич подловил меня на ошибке и быстро скрутил на полу: его гнев оказался сильнее моей сосредоточенности. Ариэн попытался помочь, но Рич сильно ударил его по голове, и он повалился на пол. Все происходило так быстро, и я не успел поймать тот момент, когда из побежденного превратился в мальчика для битья.
— Предатель! Я знал! — Рич бил сильно, ногами, на этот раз отрываясь по полной, и стоящий в дверях Арон ему не мешал. Его старший брат мог говорить и думать все, что угодно, но я в самом начале знал, что он не променяет свою верность — а, значит, и свое место под солнцем, — на сострадание.
— Теперь-то ты не отвертишься. Эвели тебя на кусочки порежет, сучонок, — он схватил меня за волосы и наотмашь ударил по лицу. Потом еще раз. И еще.
И все попытки закрыться или поставить блок выглядели просто жалкими.
— Хватит, — зашипел Ариэн, после нескольких крепких ударов пытаясь подняться на локтях. Его лицо было всего в метре от меня, с подбородка капала кровь. Даже несмотря на уверенность и сталь в его голосе, он мне не помощник.
— Заткнись, — Рич ударил еще раз — намного слабее, но ровно по желудку, и внутри как будто что-то хрустнуло. Загорелось и поднялось по глотке с вязкой горечью. Я захрипел и, завалившись с колен на бок, инстинктивно сжал руками отбитые внутренности. Рич не остановился, вздернул меня на колени за шиворот и опять замахнулся.
— Все, брат. Хватит, — Арон оттолкнулся от косяка и схватил брата в попытке утихомирить. Рич выпустил меня из рук, и я мешком грохнулся на пол, больно ударившись головой. — Госпожа сама с этим разберется.
