Холодная ночь была настолько темна, что человеческий глаз не различал оттенки, и от того неровные дороги казались бесконечными. Ориентирами были не звезды — их скрыли такие же черные жуткие тучи, грозящиеся упасть на наши головы, — только немногочисленные свечи, блеклый свет которых просачивался через деревянные створки некоторых окон. Мы шли почти на ощупь, беззвучно. До нужного момента Киан стянул со своих рук цепи и осторожно сбросил около входа в один двухэтажный дом. Даже в темноте я запомнила его очертания: именно сюда забежала прыткая девчонка, переговаривающаяся о чем-то с тем повстанцем. Как раз в тот момент, когда мне удалось протиснуться через решетку маленького подвального окна.
В том, что ополчение сменило локацию, можно было не сомневаться. Поэтому нужен был кто-то, кто об этом знает. А девчонка наверняка работала связной.
— Киан, порядок? — я настороженно осмотрела его сгорбленную спину. Травы вряд ли так быстро сработали как обезболивающее, и даже действия Ариэна, кажется, постепенно сходили на нет: его одежда заметно потемнела от пота. Если сегодня все пойдет по плану, Ариэн сможет заживить и его раны. Если же нет… У нас втроем не будет шансов остановить казнь. О силах ополчения у меня не было особой информации, но судя по всему, что я заметила на том допросе, у них большая проблема с людьми. Не воины, не солдаты, не парламентеры — обычные отщепенцы, которые действовали не по инструкциям на перспективу, а исходя из текущих потребностей. Может даже, и не ополченцы вовсе. Да и откуда взяться солдатам в городке, выживающем, разве что, за счет торговли сосновым кругляком, который даже не кому довести до конечного изделия? Топоры и пилы — вот и все оружие.
— Да, госпожа.
Я кивнула и вытащила из-за пазухи укороченный меч — самое подходящее оружие для тесного помещения. Хлипкая деревянная дверь предсказуемо оказалась закрыта изнутри, но что мне стоило сбить оружием удачно смотрящие наружу дверные петли? Дверь со скрипом съехала в бок и покосилась, открыв проход в темный коридор. В нескольких комнатах поднялся шум, кто-то вскрикнул и тут же зажал рукой рот. Мы застыли, прислонившись к стенке, пользуясь темнотой помещения. Теплый по сравнению с улицей воздух неприятно скользил по коже.
Вначале из-за угла показалось оружие, едва заметно отразившее свет ночи. Я потянулась вперед, резко схватив и выгнув мужскую руку. С грохотом короткий и, к моему удивлению, не самодельный нож ударился о половицы. Мужчина шикнул и попытался ударить меня ногой. Удачный захват, и через две секунды неизвестный оказался придавлен к полу моим телом.
— Не двигайся, — жестко произнесла я, почти на ощупь приставив к его горлу меч, и тело подо мной тут же перестало извиваться.
— Папа! — в конце короткого коридора открылась дверь. Девушка в одной сорочке и с голыми ногами сделала один шаг и застыла со свечой в руках. Я ее узнала. — Пожалуйста, не надо! Он ничего не сделал!
Язычок пламени задрожал, как и ее голос. Воспользовавшись моментом, я опустила глаза на мужчину. Почти полностью седые длинные волосы, собранные в низкий хвост, из полурастегнутой ночной рубахи торчали жесткие черные волосы. Мужчина смотрел на меня со страхом, раскинув в стороны сжатые в кулаки руки.
Киан и Ариэн не вмешивались. Темный лишь тихо и аккуратно повесил дверь обратно и теперь молча встал рядом.
— Я ничего не сделаю. Если ты покажешь, где сейчас ополчение.
На лице девчонки отразился ужас. Хотя чего она могла ожидать от незнакомца, одежда которого помечена солнечной символикой?
— Я… не могу! Я не знаю! — от такого высокого голоса, в котором отчетливо выделялась зарождающаяся паника, мужчина подо мной дернулся и предпринял попытку меня сбросить. Конечно, неудачную.
— Тихо. Я никого убивать не собираюсь, — игнорируя брыкания, я холодно посмотрела на девушку. Если бы мы пришли с миром, никто бы не поверил, поэтому я действовала так, как умела и привыкла на службе Империи. Главное только, чтобы никто больше не услышал. — Оденься и соберись. Живо!
В этот раз маленькая связная не решилась спорить и попятилась назад. В глазах блестели слезы, но губы были плотно сжаты в тонкую полосу.
— Не трогай мою дочь! — хрипло пробасил мужчина, почти старик и, чего я не предвидела, ухватился обеими руками за лезвие. На раскрытую шею брызнула его кровь. Чтобы не перебить фаланги, лезвие пришлось отвести. Я поспешила откатиться в сторону, вовремя увернувшись. Размеренный удар по печени выбил из него последние силы, и мужчина съежился на полу, повернувшись на бок. Оттянув черный рукав, я с досадой вытерла кровь, пока она еще не засохла черными пятнами на коже.
— С ней все будет хорошо. Даю тебе слово.
Но вместо смирения мужчина ожидаемо попытался сбить меня с ног. На этот раз мне помог Ариэн, крепко, но бережно обхвативший его за шею, как только тот поднялся с пола на колени.
