Осторожно подошла к дивану, стараясь не наступить на руку Франка. Слух у них хороший, только тогда, когда они не крепко спят. Я аккуратно присела на край дивана и наклонилась поближе к ране. Швы не разошлись и они не кровоточили, а это самый лучший знак. Лорин уже не потел. Дыхание мерное, не порывистое. Только я не пойму, он спит или без сознания? Чёртов засранец живой. А я уже начала подозревать, что смерть забирает действительно всех. Он её любимчик, она с ним ещё поиграет. Смотрю и улыбаюсь. Вот кого любит удача. Она его в зад расцеловала.
Случайно коснулась его руки. Она была тёплая. Не как обычно. Прохладнее обычного. В ногах было сбито покрывало. Я осторожно взяла его и попыталась накрыть ликана по грудь, чтобы он не мёрз, но… козлина схватила свободной правой рукой моё запястье и медленно открыла глаза:
— Я же сказал, чтобы ты ко мне не подходила.
Я не испугалась, разве что от неожиданности вздрогнула. Просто улыбнулась ему тихой, но усталой улыбкой. Не доверяет, оно и понятно. А какой у него взгляд… замученный и измотанный.
— Я ведь дура, — криво улыбнулась я.
Его глаза тут же остановились на моём глазу. И…
— Да быть того не может!
Очнулся Тур и перебудил всех. Волки повскакивали, как ошпаренные, словно на них отряд наёмных убийц натравили. Спят они, конечно, крепко, но я удивлена, почему Бюрт не пришёл добить всех нас. Мы были слабы, точнее они, альфа на полпути к праотцам, а остальные без него двух слов связать не могут. Конечно, обрадовались, две женщины заревели, остальные начали смеяться и обвинять Лорина в идиотизме. В этом семейном деле я была лишней. Встала и вышла из гостиной. Они сами разберутся.
В ванне первым делом посмотрела на себя в зеркало. Оно и понятно, чего на меня он так покосился. Боже, у меня не было таких синяков ещё и на лице! Красно-бурый какой-то. Правый глаз стал в двое меньше. Осторожно потрогала. Мягко. Опухло здорово всё.
— Ты должна умереть, иначе заразишь всех своим идиотизмом, — пробормотала я сама себе.
Твою мать! Он живой! Пережил ночь! Боги, а я уже начала сомневаться, что эта скотина выживет. Он же… Лорин! Кабелина проклятая! План с его убийством отметается из списков желаний. Я не смогу. Привыкла слишком сильно. Да и жалко его. Дурак, такой же, как и я. Пара мы, вот и живём вместе.
Заплетя себе своеобразную косу, вышла и замерла. Что делать? Идти на рынок нельзя. Уборка? Когда полный дом народа? Стирка? Возможно. Для начала нужно растопить печь и поставить воду. Да, так и сделаем.
— Что теперь? — ко мне подошёл Виер, — Он поправится?
Я сидела и пыталась зажечь щепки, дабы дать начало большого огня. Как они меня достали. Я не знаю!
— Если захочет, — буркнула я.
— Как люди лечат людей в подобных случаях? — не отставал парень.
— Он не человек, — возразила я, высекая искру.
Виер стоял над душой, не желая уходить. Прошло несколько минут, прежде чем до меня снова докопались.
— Богдана, он вырубился, — это был чуть обеспокоенный голос Морика.
Я еле разожгла огонь, и теперь снова отвлекаться. Виер так и стоял рядом со мной. Для чего? Думал, что меня озарит идея?
- Кто? — не сразу сообразила я.
— Лорин? — Виер тут же умчался из кухни.
По взгляду Морика поняла, что да. Пришлось вставать и идти за остальными.
Лорин спал. Но на голоса и лёгкие толчки не реагировал. Понятное дело, глупо было рассчитывать на то, что он встанет и пойдёт.
— Ты сказала, что если он не умрёт до утра, то выживет, — напомнила мне Майла, — Что с ним?
Я разозлилась, причём неплохо так. Сейчас, когда мой хозяин (привыкла, да) при смерти могу позволить себе и такое, ведь запретить мне некому.
— Он ранен, — напомнила я ей, — И я не лекарь, я же говорила.
На лицах ликанов читалась растерянность и обречённость. Ну, снова здорово.
— Ты можешь ему помочь? — присмиревшая Мелинда подняла на меня свои серые глаза.
Посмотрела на белобрысого. Боже, куда я денусь? Он меня на том свете достанет, если не попытаюсь.
— Могу попытаться, — кивнула я, — Но ничего не обещаю.
— Что нужно делать? — решительно спросил Морик.
— Лорину нужен покой, — тут же выдала я.
Они не поняли. Начали хмуриться и переглядываться. Что за чёртово племя?!
— В смысле сон? — уточнила Майла.
— И он тоже, — начала я разглядывать Лорина, — Вы шумно себя ведёте, вас много. Ему нужна тишина.
На этот раз дошло. Господи, я действительно собралась ставить этого козла на ноги? Кажется, да…это дно.
— Хочешь, чтобы мы ушли и оставили вас вдвоём? — изумилась Майла с нотками злости в голосе.
— Майла, — отдёрнул её Тур, — Богдана, мы не можем этого сделать. Его могут прийти добивать и тебя заодно.
— Я не говорю, что вы должны все уйти, просто не тревожьте его, ведите себя тихо, — пробормотала я, ощущая лёгкую слабость, — Сон – его главный помощник.
— И это всё? — Морик не желал отступать, — Просто ждать, когда он выспится и поправится? Вы так лечитесь?
О, снова претензия.
— У меня нет нужных лекарств, у меня ничего нет, — дёрнула я плечом, — Поэтому да, сон его друг.
— Лекарства? — оживился Виер, — Какие? Мы достанем.
Чёрт. Они же могут принести всё, что нужно, правда на рынке я этого не встречала.
