– Надо уходить, взрослые охотники темнокожих вернутся сюда, чтобы проверить слухи о незнакомом огромном звере, и найдут наши следы, – Рэту прервал его размышления о запутанных семейных отношениях.
Часть пути прошли по руслу замерзшей Шаранты, в надежде, что ее синий лед скроет следы их пребывания. На середину реки, впрочем, не забирались, зима стояла на удивление теплая, а провалиться в полынью, затянутую тонкой пленкой наросшего за ночь льда, не хотелось. Быстрее домой! Андрей вдруг ощутил, как соскучился по обычному быту своей первобытной семьи – посиделкам у костра, готовке пищи, уюту пещеры, пол которой покрыт толстым слоем шкур криворога, ворчанию Старшей, мягкому боку Эдины, в конце концов. Да и возвращаются они с щитом, а не на щите – Лэнсу и сына Иквы они успешно освободили – значит и встреча с родными будет радостной. Похоже, не одним им овладело это чувство – скорость их маленького отряда с приближением к каньону значительно выросла, а в ущелье они вбежали, не потрудившись даже хоть как-то замаскировать свои следы. Рэту поморщился, но не произнес ни слова по поводу такой вопиющей демаскировки.
– Зачем нам это, Эссу, – Рэту с недоумением вертел в руках сделанный из толстых ивовых прутьев большой прямоугольный щит, затем передал его стоящим рядом Эпею с Эхеккой.
– Ты забыл, какие острые тонкие копья у темнокожих? С помощью этого щита ты сможешь закрыться от них.
– Но темнокожих мы встречаем не каждый день, а если взять на охоту такую тяжесть, то на столько же меньше ты принесешь и мяса. А как с ним убегать от быка? А если сквозь кусты за оленем бежать, то никогда его не догонишь.
– Хорошо, на охоту не берите, но обращаться с ним должны уметь все. Вдруг кто-то придет прямо к нам в каньон.
Рэту пожал плечами, но спорить не стал, привык, что от Эссу можно ожидать всякого. Но идея подобной защиты, похоже, его не вдохновила. Тогда Андрей взял щит за сделанную с внутренней стороны вертикально торчащую ручку, отошел от рыжего на 30 шагов и спрятался за ним, присев на корточки.
– Кидайте в меня тонкие копья! – крикнул он Рэту и Трем пальцам.
Рыжий и Эпей с Эхеккой обрадовались новому развлечению. За возникшей суетой неодобрительно наблюдала подошедшие по какому-то делу Старшая и неразлучная с ней дочь Эрита.
– Наверное, нужно было подальше от них встать и заставить использовать тупые стрелы, – подумал он, когда на него обрушились крупные стрелы, а одна из них и вовсе попала в щель между прутьями, оцарапав ему плечо острым кремниевым наконечником.
– Вот вам! – когда стрелы у троицы закончились, то он привстал из-за щита и запустил в них камнем, который попал в живот не ожидавшего подобного бородатого Эпея.
– Если трое будут держать щиты, а четвертый кидать из-за их спин тонкие копья, то могут и пригодиться, – взгляд у Рэту стал уже не такой скептический. Окончанием битвы тут же воспользовалась подбежавшая Старшая.
– Эссу, прошло пять дней, как вы вернулись с Лэнсой и сыном Иквы, но ты так ничего не сказал, что делать с чужаками, которые пришли с нами с Холмов забвения. Я спросила Рэту, как твою левую руку и того, который должен говорить мужчинам и мальчикам семьи Гррх, что они должны делать. Он ответил, что старого надо прогнать, а молодого и женщину с ребенком оставить. Но Эссу говорил, что войти в семью Гррх может каждый, кто согласен с правилами жизни в нашей семье. А все они хотят остаться. Мужчины уже укоротили бороды и волосы на голове, женщина делает, что говорит ей Старшая, а мальчик ходит в «школу». Как нам быть?
Андрей обругал себя, совсем ведь забыл про чужаков, даже и не видел их после прихода, занятый написанием и обжигом нового «учебника» по временам года и составлением календаря. И Рэту хорош, наверняка ведь даже не поговорил с чужаками, если в последнее время он стал более вдумчивым в делах охоты, взаимоотношений с кроманьонцами и подготовке молодежи, то хозяйственные дела ему не так интересны. Надо самому поговорить с чужаками и найти им место в семье. Их все еще очень мало для того, чтобы раскидываться людьми. А когда белогорцы заберут своих женщин, то их и вовсе горстка останется в каньоне.
– Сегодня у нас большой праздник, начнется первый год по календарю семьи Гррх. На нем мы примем их в нашу семью, но прежде я поговорю с ними.
Старший из чужаков обнаружился у Эрру, помогал ему вырезать из могильного камня, который он притащил с Холмов забвения, сковородки. И в этом деле он, пожалуй, был искуснее хромого длинноного. Андрей с трудом вспомнил имя пожилого чужака, после их единственной встречи прошло уже много времени.
– Упеша, откуда вы пришли на землю семьи Гррх?
– Мы жить далеко, на лека без белег, – новый для себя язык чужак худо-бедно выучил, но некоторые звуки до сих пор давались ему с трудом, особенно «р». – Там не так холодно, как здесь, замерзшая вода редко падает с неба, было много добычи и на земле и в воде. Но рядом с нами поселилось большое племя странных людей, похожих на темнокожих вашей земли, но других. Их было много, тридцать раз пальцев рук и нашей семье не осталось там места…
