Как помешать этому? Толпу не отделить от заговорщиков. Низшие исполнители смешались с горожанами, они уже готовы проливать кровь, им заплатили деньгами и дурманящими зельями, которые они отработают в ближайшие часы. Многие отдадут не только чужие жизни, но и свои.
Сценарий заговоров не меняется тысячелетиями, но выводов никто не делает.
Впереди них, недалеко от высокого, красивого крыльца храма что-то хлопнуло, раздался резкий, нечеловеческий крик боли.
— Началось! — подумала Анна.
В один миг их с Бенедиктом окружили гвардейцы. Замерцали моментально выставленные мощные силовые щиты. Юстен, Престон и герцог Чаторский, прикрываясь персональными щитами, стояли рядом, оглядывая панически метавшихся людей.
Вдруг от толпы отделились несколько человек в черных плащах, с желтыми повязками на рукавах. Впереди какой-то вихляющей походкой шагал высокий, худощавый мужчина с нездоровым блеском в глазах. Они остановились в десятке шагов от них, высокий аристократ с беспокойством посмотрел в сторону храма, где очевидно разгоралась настоящая битва. Там раздавался треск заклинаний, человеческие крики, полз темный, едкий дым.
Он перевел взгляд на короля и стоящих рядом с ним людей. Резким, каким-то ломающимся и неверным голосом заговорил:
— Кого мы видим! Отец наш, король! Да еще и свита особая! Мне говорили, а я, глупец, не верил, что увижу самую прекрасную и загадочную женщину нашего мира, саму Императрицу Анну! В самом деле, прекрасна необычайно. Жаль, что ненадолго! О, прекраснейшая, я даже не смогу оценить ваши прелести!
— Еще бы, — громко ответил Лерой, — вы, граф Бетлис, известный знаток мужских прелестей. Оценить женщину, самую прекрасную, вам не дано. Даже под воздействием дозы декалина.
— О, герцог! — глумливо ухмыльнулся граф. — Как печально! А вы мне нравились! Жаль, что вы неправильно устроены, женская любовь — это так пошло, так тривиально! Вам не дано оценить изысканность мужской любви.
Вот и о тонких чувствах поговорили! Давайте теперь о деле. Бенедикт, ты уже так давно правишь, уступи место другим! Сохранить жизнь не обещаю. Ни тебе, ни твоей гостье. Но умрете быстро. А на ваши троны найдутся достойнейшие, да и я рядом встану, мне теперь все можно! — захохотал он.
В этот момент Рихард Престон запустил в стоявших напротив заговорщиков заклинание. Оно рассыпалось, прикоснувшись к ним. У них оказалась неплохая защита. От Юстэна, Лероя и гвардейцев полетели новые заклинания. Два заговорщика упали, забившись в агонии. Их вожак крутился, хохоча, отбивая летящие в него ледяные стрелы и пики.
Анна подняла правую руку и, чуть прищурившись, выпустила одну за другой стрелки небольшого арбалета, закрепленного на запястье. Одна из них вошла графу в глаз, другая — в переносицу, две следующие поразили стоявших за ним заговорщиков точно в шею. Оставшийся в живых вдруг издал пронзительный, будто птичий крик, выбросив вперед руку с сияющим металлическим блеском артефактом.
Холодная испарина выступила на коже Анны, она узнала эту редкую магическую вещь, которая тридцать лет назад почти убила ее в Магической Академии Лангедона.
С громким жужжанием блестящий диск медленно устремился к ним, поглощая все брошенные в нее заклинания. Ускоряясь, он летел в сторону Анны, легко поглотил щит, установленный гвардейцами и тут, заслоняя собой Императрицу, на его пути стремительно вырос Рихард Престон. Диск тихо взвизгнул, резко приклеился к его груди, сладострастно причмокивая, меняясь в цвете, висел на ней несколько секунд, затем свалился на мостовую, теряя свой блеск.
И медленно, словно борясь со слабостью, подогнув колени и бессильно опустив руки, упал Престон. Шагнув вперед, с недоверием глядя на тело у своих ног, упала на колени Анна. Положила пальцы на его еще теплую шею. В нем не было больше жизни.
— Нет, — прошептала она в отчаянье, — нет, откуда он взялся, зачем?
Опустив руки на колени, она сидела на мостовой, не в силах подняться, не видя, не слыша ничего вокруг. Человек, которому она доверяла, который любил ее и стал неразрывно связан с нею, лежал мертвый, защитив ее ценой собственной жизни.
На опустевшей площади лежали тела погибших, ветерок шевелил потерянные кем-то легкие шарфы, гнал обрывки бумаги, пролетал по утерянным в бегстве туфелькам, цветочным букетам и сумочкам.
Догорали у храма обугленные тела, ходили целители, перевязывая раны гвардейцам короля. Дознаватели из службы безопасности под конвоем уводили захваченных заговорщиков. Молча стояли вокруг Анны и Престона спутники.
Лерой подошел ближе и взял ее на руки. Гвардейцы уложили тело на плащ и скорбная процессия двинулась во дворец.
Им пришлось еще около суток задержаться в столице Вилара, ожидая, пока служба безопасности разблокирует портальную связь. Ее закрыли из-за опасения, что заговорщики спешно начнут покидать королевство после своей неудачи.
Все это время Императрица провела в выделенных ей покоях. Она просто сидела у окна, выходящего в сад и равнодушно рассматривала мокрые от дождя деревья. Дважды к ней заходил Лерой, заставлял выпить немного морса и снова уходил.
