— Великая Сила! Сегодня просто день сюрпризов! Алекс, Корвин! Посмотрите! — и она указала рукой вверх, где в синем, безоблачном небе виднелись летящие в их сторону существа. — Рекарды! И они кого-то несут!
В самом деле, при большем приближении стало очевидно, что четыре рекарда попарно несут двух человек, из последних сил рассекая крыльями воздух, словно летели они издалека и уже изрядно устали. Рекарды тоже увидели стоящих у крыльца замка людей и, сделав последний рывок, приземлились недалеко от Анны, бросив ей под ноги двух мужчин. Один из рекардов сделал два шага вперед, волоча за собой крылья, прижал лапы к груди и ворчливым, басовитым голосом нежно произнес:
— Ани, моя Ани, Эшен принес… Люди, много люди, плохо ...там. Мы смотри, Лола смотри, еще… — он вытянул одну лапу вперед, внимательно посмотрел на растопыренные когтистые пальцы, два из пяти согнул, а три продемонстрировал хозяйке. — Все смотри.
— Так. — перевела его речь Анна. — Значит, где-то там находятся много людей, плохих людей. Сейчас за ними смотрят четверо рекардов. А это, видимо, пойманные ими свидетели, по крайней мере, есть кого допросить. Спасибо, Эшен, Элла, Клэр, Колен.
Довольные рекарды заворчали, показывая острые зубы.
Один из принесенных рекардами людей зашевелился и со стоном попытался встать. Ему удалось это сделать не сразу. Окружившие люди молча смотрели на его усилия, никто из них не сделал ни шагу, чтобы помочь пленнику. Из сада доносились вопли бегающих под присмотром нянь детей, теплый ветерок игриво пробегал по локонам Анны и Агнии. Мужчина наконец-то встал, с трудом удерживая равновесие, огляделся, чтобы тут же покачнуться и рухнуть на колени.
— Анна! Баронесса Лоуренс! — он с восторгом смотрел на женщину, не скрывая своей радости от встречи с ней. — Не надеялся, что смогу так быстро увидеть вас!
Счастливая улыбка пленника совершенно не соответствовала способу его прибытия в замок, она сбивала всех присутствующих с толку, заставляя обмениваться недоумевающими взглядами. Анна напряженно вглядывалась в мужчину, в его заросшее щетиной лицо, в голубые глаза, напоминающие ей кого-то.
— Граф Лавойс! — вырвалось у нее. — Граф Конрад Лавойс! Что случилось? Как вы оказались в Империи? С какой целью?
— История долгая. — прохрипел давний знакомый Анны. — Дайте немного воды, потом я все расскажу.
— Предатель! — завозился на земле второй пленник. — Так я и думал, что ты не просто хотел попасть сюда. Надо было удавить тебя сразу или отдать сотнику Новака, он бы тебя нарезал мелкой стружкой! О-о-о!
Эшен, шагнув к мужчине, который безуспешно пытался подняться на ноги, схватил его за плечи и вздернул вверх.
— Плохой...ругает…- проворчал он сердито и слегка потряс пленника. — Гад… плохой…
Словечко «гад» было самым ругательным у Эшена, он почерпнул его из неизвестного источника и пользовался им крайне редко. Видимо, пленник слишком не нравился ему. Анна слегка повела рукой, что-то шепнула и мужчина замер, а потом и вовсе исчез.
— Я поместила его в пространственную клетку. — пояснила она всем.- Он находится в состоянии стазиса, ни в чем не нуждается и ничего не чувствует. А пока предлагаю всем пройти в гостиную. Тебе, Алекс, тоже. — обратилась она к сыну. — Видимо, ты узнаешь не слишком приятные новости. Как, впрочем, и все мы.
В этот миг из-за кустов, росших вдоль садовой дорожки, вылетела Мария, запнулась на полном ходу о выступающий камешек и упала бы лицом на красивую плитку, покрывающую двор, но словно ветер пронеслась мимо всех рыжевато-коричневая тень и вот уже Элла, подруга Эшена, нежно прижимает к себе ребенка, поглаживая девочку по спинке. Мария подняла любопытные глазки, разглядывая поросшее шерстью лицо, оскаленные в ласковой улыбке клыки и провела ручками по щекам своей спасительницы.
— Хорошая моя. — проворковала она, подражая материнскому голосу. — Умная.
Потом завозилась, пытаясь слезть на землю. Элла опустила ребенка на дорожку и проворчала:
— Малая, тихо надо.
Ее довольная мордашка заставила улыбнуться всех, а Эшен одобрительно похлопал подругу по плечу, что-то проворчав ей на ухо. За последние годы рекарды многое переняли от людей, вернувшись к служению им.
Рекарды улетели наслаждаться цветением трав после вчерашней грозы, все остальные прошли в гостиную. Пока прислуга накрывала на стол, граф Лавойс с жадностью выпил принесенный для него стакан воды и заговорил:
— После вашего ухода, Анна, я долго мучился тем, что никак не могу исправить ситуацию. Поверьте, у меня не было дурных намерений. Да, я был балбес и гуляка, я желал видеть вас своей любовницей, но сделать то, что сделал мой друг… Лектор обещал мне, что уговорит вас, что он умеет находить подход к женщинам. Правда, ходили слухи о его странных пристрастиях, но я не верил, со мной он всегда был любезен и предупредителен.
