Появление незваного гостя, этого бывшего короля Кристиана Берга, обеспокоило Корвина. Какое-то назойливое чувство, не желающее покидать его, говорило, что не все так просто в рассказанной Бергом истории. И его упорные взгляды на Анну и детей — нет, нет, они не были недобрыми, наоборот, словно давняя тоска сквозила в них, скрытая нежность и любование прорывались в каждом взгляде. Корвин был благодарен Алексу за то, что он пригласил Берга в императорскую резиденцию, видеть его рядом еще какое-то время было выше его сил. В столице Алекс совместно с Джонатоном Докманом, Гарольдом Витесом и Мартином Лавольским разрабатывали план предстоящей операции и Лавойс с Бергом нужны были там.
— Эн, помнишь я рассказывал тебе о нашем Благословенном курсе? — тихо спросил он, нежно поглаживая жену по обнаженной спине. — У всех наших выпускников получились хорошие, крепкие семьи и детей в каждой семье родилось не менее трех. Только я не дотягивал, один из всех, но теперь кроме двух сыновей у меня тоже есть еще сын и дочь. Все так странно сложилось. О чем ты думала тогда, в тот день, когда призвала синюю птицу лаир и она пролетела над нами? Когда все сорок три курсанта были дважды осыпаны волшебными искрами, летящими с ее крыльев? Когда благословила нас всех на долгую, счастливую жизнь?
— О чем думала? — Анна чуть отстранилась от него, задумчиво заглядывая в теплые карие глаза. — Именно о том, чтобы ваша жизнь была долгой и счастливой. Я видела в каждом из вас так много мужества и высокого благородства! Все вы казались мне достойными такой участи и я не ошиблась.
Она ласково растрепала светлые волосы мужа и, прижавшись к нему, поцеловала в подбородок, не дотянувшись выше. Вздохнула и затихла, задумавшись о чем-то или вспоминая те далекие дни.
— Время летит очень быстро. — снова заговорил Корвин. — Девять лет пролетели, словно одна неделя. Какой бы не была долгой жизнь магов, она тоже пролетит незаметно. Я не понимаю, когда люди говорят, что устали жить. Как бы не было тяжело, пока ты жив, всегда есть надежда, что все изменится к лучшему, надо просто делать то, что ты обязан.
— Люди разные. — ответила Анна. — И обстоятельства бывают разные. Я слышала о таких случаях, когда человек уставал бороться и больше не хотел жить. И не только слышала. Однажды я сама сдалась, это стало мне уроком на всю оставшуюся жизнь.
— Это я был последней песчинкой, которая сломала тебя, я виноват, Эн, и всегда помню об этом. — прощенный ею, но не простивший себя, Корвин сильней прижал к себе жену, словно боялся, что она может вырваться и уйти от него, но Анна лишь коротко вздохнула:
— Не надо, Кор. Нельзя бесконечно винить себя. Мы были молоды, нетерпеливы, не умели справляться с постигшей болью и не смогли справиться с обстоятельствами. Мы могли бы найти утешение друг в друге, наше горе могло сделать нас ближе, но вместо этого разъединило нас. Мы предпочли пережить случившееся с нами каждый по отдельности и это была наша ошибка. Это наш опыт, горький, но что поделаешь? Будем радоваться тому, что у нас есть. А ты… ты спас меня тогда, когда даже Учитель опустил руки, а ведь он относился ко мне так, словно я была его дочерью.
— Я часто вспоминал тебя, идущую вслед за повозкой. Такую худенькую, хрупкую и счастливую оттого, что можешь идти. Твои глаза сияли таким прекрасным светом, а сердце мое пело от радости за тебя! — кончиками пальцев он нежно провел по плечикам жены.
Анна молча прижалась к мужу, она помнила все, что случалось в ее жизни, но некоторые воспоминания предпочитала не трогать.
— Мне не нравится Кристиан Берг. — немного помолчав, признался Корвин. — Не могу понять, в чем дело, я совсем не знаком с ним, но сейчас он ведет себя странно. Тогда, в Академии, когда ты умирала в палате целительского корпуса, он приходил, постоял немного рядом с кроватью, на которой лежала ты и сказал только одну фразу — жаль, очень жаль. Это прозвучало так холодно, так равнодушно… А вчера он пришел к тебе за помощью. Не понимаю этого. Разве нет у него друзей или просто надежных людей?
— Я тоже не понимаю его целей, Кор. Посмотрим, что будет дальше. Как-то слишком удачно вписались они с Конрадом Лавойсом в наши планы относительно Варизонии. Все обстоятельства сошлись так ловко, словно уже притертые детали одного механизма. А теперь давай спать, завтра нас ждут дела.
С утра, позавтракав и немного позанимавшись с детьми, Корвин и Анна убыли в столицу. Они оба преподавали в Магической Академии, Анна еще и работала в Королевском Госпитале — занималась лечением пациентов и три дня в неделю проводила практикум для студентов.
