Приглашенные из Грейсуора и Империи целители открыли несколько госпиталей и лечили всех нуждающихся. Корвин Андервут изготавливал различные артефакты, необходимые для поиска раненых и для их лечения. Тем временем рыцари Ордена с помощью магии созидания восстанавливали города и поселения, чистили от бурелома леса, возвращали реки и озера на прежние места. Оставшиеся в живых темные маги были взяты ими под контроль и выполняли необходимую работу — нужно было в кратчайшие сроки разыскать и обезвредить великое множество темных артефактов, затерявшихся на земле Аленсота во время временных и климатических метаморфоз. Сам глава Ордена тщательно следил за их работой, успевая контролировать раздачу продуктов, лечение людей и ликвидацию разрушений. В эти дни как-то само собой произошло одно из необычных событий — в Алансот прибыли большие партии продовольствия из Империи и Грейсуора, а затем из Вилара, Андервуда и еще нескольких княжеств и королевств. В великой растерянности глава Ордена Золотого плаща встречал эти дары и читал ведомости, в которых перечислялись зерно, крупа, мука, мясо, овощи, масло. Никогда и никто во всей истории этого мира не помогал их стране, хотя случались голодные, неурожайные годы. Для всех Алансот был ужасом, страшнейшим из государств. Похоже, история с выручкой короля Кристиана Берга изменила их мир и межгосударственные отношения. Милосердие и взаимная выручка стали одной из сторон этих отношений.
В один из дней в госпиталь, где проводила лечение Анна, привезли и самого Альфреда Минкуса. Глава Ордена был в сознании, но один из целителей набросил на него заклинание обезболивания. Оказалось, что при обезвреживании одного из темных артефактов взрыв оставил рыцаря без обеих рук и повредил лицо. Рыцарь смотрел на Анну с безнадежной горечью и, усмехнувшись, через силу проговорил:
— Как мало я успел, а теперь лежу перед лучшей женщиной нашего мира, жалкий калека и урод. Не жалейте меня, это слишком унизительно, не старайтесь меня спасти, мне нет смысла жить в таком виде, слишком много осталось планов и желаний, которым не суждено сбыться.
— Я не испытываю к вам жалости, Альфред. — кроткая улыбка Анны была обращена к Минкусу. — Более того, я верну вам утраченное, если вы согласитесь терпеть боль, долгую и неумолимую. У вас сильное сердце и тренированное тело, вы можете выдержать. Согласны?
— Так не бывает. — недоверие и робкая надежда мешались во взгляде Минкуса. — Но я вам верю. Вам единственной я верю всегда.
— Тогда начнем, не будем терять времени.
Анна поднялась и ушла, а раненого принялись раздевать, мыть, обрабатывать его раны, а затем уложили на обтянутый кожей стол, привязав ремнями. Между зубами тут же вложили упругую тканевую колбаску, подошедшая Анна села рядом и положила ладони на плечи рыцаря.
— Держитесь, прошу вас, обезболивание убираю. Придется терпеть.
И пришла к нему боль, немыслимая, беспощадная и жестокая. Изведавший многое в своей беспокойной жизни, Альфред Минкус не подозревал, что может быть настолько больно. Его зубы терзали ткань, заложенную между ними, тело рвалось из ремней, сдерживающих его. Он хрипел и выл, проклиная собственную несдержанность и слабость своего тела и все-таки страстно желал жить. Из-за лопнувших от напряжения сосудов в глазах он уже не видел ничего перед собой и молил только об одном — чтобы хватило сил выдержать эту пытку.
Он очнулся мокрый от липкого пота, тяжело и хрипло дыша, чувствуя страшную слабость и боль в сорванном от крика горле.
— Вот и все, миленький, вот и все. — ласковый голос ворковал рядом, чьи-то руки бережно убирали остатки ткани из его рта, развязывали ремни, опоясавшие его тело. — Какова же наша Императрица, все вам вернула, вот еще личико подлечит и будете вовсе красавец-мужчина. А руки то мы вам разработаем, будут лучше прежнего.
Под этот ласковый голос он постепенно уплывал в бездну милосердного сна, чувствуя, как обтирают его тело теплой, влажной тканью и укрывают невесомым одеялом. Проснулся рыцарь, чувствуя себя хорошо отдохнувшим. Привычно привстав, чтобы подняться с постели, облокотился на руку и снова упал на кровать. Рука, вялая и слабая, не выдерживала тяжести тела, это было новое и странное состояние. Он приподнял руки, поочередно разглядывая их, увиденное поразило его — вместо знакомых мужских рук, крепких и мускулистых, его взору представились две слабые, вялые конечности.
— Разочарованы? — голос Анны звучал чуть насмешливо. — Увы, нельзя иметь все и сразу. Вам придется немало потрудиться, чтобы привести свои новые руки в хорошую форму. Самое главное для вас в будущем — беречь голову, ее я вам вернуть не смогу.
Она прошла к нему в комнату, все также улыбаясь присела на стул возле постели.
— Наши сестры помогут вам, специальный массаж и разные нагрузки ускорят приведение мышечной массы в тонус, но и вам необходимо будет постараться. Вы по-прежнему можете ходить, а возвращать рукам силу и ловкость можно постепенно. Только не нагружайте сразу чрезмерно, мышечная ткань пока еще слабая, порвете и все будет сложнее и дольше.
