Анна положила теплые ладони на лицо Альфреду и тот расслабленно прикрыл глаза. Под пальцами Императрицы на коже рыцаря словно мелкие, горячие вспышки пробежали магические разряды. Через несколько мгновений Анна убрала руки и ласково усмехнулась.
— Вот и все. Все последствия взрыва я убрала, ваше лицо опять молодое и чистое, можете не стесняться взглядов милых дам. — она немного помолчала, задумчиво рассматривая главу Ордена. — Надеюсь, вы меня извините, если я вам дам несколько советов. Вам не обязательно им следовать, но я не прощу себя, если сейчас промолчу.
Все дело в том, что вы заметно увлечены ликвидацией последствий темного ритуала и совершенно не анализируете состояние дел в Алансоте. Между тем, пока рыцари вашего Ордена спасают людей и снова отстраивают дома, постепенно оживают амбиции некоторых знатных людей вашего герцогства и уже образуются различные фракции, в которых вполне серьезно обсуждаются вопросы захвата власти. Да и почему ее не взять в свои руки, если она буквально валяется под ногами? Вы можете не желать брать на себя такую тяжкую ношу, но тогда ее возьмет кто-то другой и спустя некоторое время все повторится. У Службы безопасности Грейсуора есть возможность отследить настроения людей с Алансоте, поэтому я говорю вам результат этих наблюдений и он сомнению не подлежит.
Альфред, сейчас необходимо не только лечить и кормить людей, но и просто встать над всеми. Нужно принимать новые законы, закладывать основу крепкого государства для всех граждан, а не только для кучки темных магов.
Анна замолчала, смутившись от взгляда главы Ордена Золотого плаща. Любовь, нежность, восхищение смешались в этом взгляде.
— Вы правы, Императрица. Я как-то упустил этот момент, считая, что вначале нужно спасти людей. Но мы наверстаем, наш Орден не так прост, у нас есть возможность прижать всех жаждущих власти. Я надеюсь на поддержку Мориса Алиеста, он умеет быстро определять, откуда грозит наибольшая опасность.
Слабой рукой Альфред Минкус взял ладонь Анны и нежно прикоснулся к ней губами. Через полчаса он удалился из госпиталя, Анна же была срочно затребована к новому пациенту.
Новый пациент, мальчик лет двенадцати, темноглазый, с черными кудрявыми волосами, успел сообщить персоналу, что его зовут Кирт Загрен и сразу же потерял сознание. Его отец, мужчина лет тридцати, рассказал, что во время одного из сотрясений почвы их дом рухнул и под его развалинами погибли его жена и младшие сын с дочерью. Кирта завалило обломками рухнувшей стены и он долгое время пролежал без всякой надежды на помощь. К счастью, его откопали рыцари Ордена и сразу же доставили в госпиталь. От долгого сдавливания пострадали внутренние органы, начался некроз тканей. Хирургическим путем ребенка спасти было невозможно, применить Силу — нельзя, в теле младшего Загрена имелся темномагический провокатор, препятствующий применению светлой магии.
Погрузив ребенка в наркоз, Анна взялась за скальпель. Вскрытие полости живота результата не принесло, она лишь увидела, что некроз затронул и кишечник с печенью. Излучающий темную магию предмет оказался обломком какого-то темного артефакта и обнаружился рядом с аортой, откуда его бережно извлекла Анна, приказав уложить остроконечную стальную трубку в серебряный контейнер. Убедившись, что в теле мальчика больше не осталось магических крючков, она отложила в сторону операционные инструменты и приложила ладони к ранам, заживляя их, преобразуя ткани, пораженные некрозом, в здоровые.
Спустя некоторое время, когда закрылся последний шов, а кожный покров и ткани внутренних органов приобрели здоровую структуру, Анна поднялась и вышла из операционного отделения. Рядом с дверью маялся нелегким ожиданием Ирон Загрен — сын, его единственный родной человек, оставшийся в живых после страшных событий, находился на грани смерти и их единственная надежда, чудесная женщина-целитель из другой страны, пыталась спасти ему жизнь.
Увидев Анну, мужчина сделал навстречу ей два робких, нерешительных шага и остановился, молча глядя ей в глаза своими темными, умоляющими глазами.
— Все будет хорошо. — устало улыбнулась ему целительница. — Ваш сын сейчас спит, проснется утром, а пока вы тоже должны отдохнуть, вам нужны будут силы, чтобы поддерживать сына. Кто вы, чем занимались раньше?
— В моей семье все потомственные сыровары, многие столетия секреты наших благородных сыров передаются от отцов сыновьям. Я имел возможность хорошо содержать свою семью, сыры, которые я варил на своей сыроварне, пользовались большим спросом, их закупали даже во дворец Повелителя. Теперь же вся моя жизнь разрушена, я потерял ее главный смысл — свою семью. Нижайше благодарю вас за то, что вы спасли моего сына, он единственный связывает меня с желанием жить. Рыцари-целители сказали, что мой мальчик обречен и спасти его может только чудо.
Мужчина низко поклонился Анне.
— Анна! — негромкий мужской голос заставил их повернуться. — Вот вы где! Я уж было решил, что вам потребуется моя помощь, но вы, похоже, прекрасно справляетесь сами.
