Элари самым жалким образом растерялся, - ему вовсе не хотелось умирать мученической смертью. Пинок вождя отбросил его в сторону, чуть не переломав ребра, сурами расступились. Их вождь вытащил меч, не отводя глаз от Элари. Юноша не попросил о пощаде лишь потому, что не смог толком вздохнуть. Сурами, стоявший у двери, повернулся, запустил в пролом лапы, и, крякнув, сорвал её с петель...
За спиной вождя брызнуло жидкое солнце. Элари словно ударили по голове: он слышал, как что-то щёлкнуло в черепе, но не услышал взрыва. Всё окуталось пылью. Тело сурами плавно поплыло в небесах, и, пролетев метров десять, разбилось о дерево. Остальных тоже разметало как пустышки, они покатились по земле, над их головами клубилось пламя. Упавшие сурами корчились, пытаясь подняться. Но двигалось всего несколько из них, - остальные были изломаны и разбросаны.
Через минуту Элари поднялся и бросился прочь, - ему досталось меньше всех, и он первым пришёл в себя. Он проскочил меж двух сурами, перепрыгнул через ноги третьего и оказался снаружи их кольца.
Отбежав в сторону, он обернулся. Будка исчезла, на её месте дымилась воронка обвалившегося колодца. Осколки раздробленных стен буквально выкосили лес на много метров вокруг. От отряда сурами осталось чуть меньше половины. Элари не успел толком их разглядеть, потому что увидел ещё кое-что, - вождь сурами уже вполне твердо стоял на ногах и целился в него из лука. Не не было никаких сомнений, что с двадцати шагов он не промажет. Элари не хватало лишь мгновения, чтобы скрыться в зарослях, - и тут произошло нечто, вновь заставившее юношу усомниться в собственном здравом рассудке.
Вождь сурами опустил лук.
21.
Элари не нужно было подгонять, - он вмиг исчез в кустах и вскоре выбрался на дорогу у тыльных ворот электростанции - распахнутых настежь и никем не охраняемых. Из-за бетонной ограды доносились яростные вопли и плотная стрельба. Очевидно, после взрыва в Емс-Самзе всех сурами охватило бешенство, и здесь они нашли ему выход, набросившись на батальон охранявших электростанцию солдат. Пройдет немало времени, прежде чем сурами покончат с ним (Элари уже не допускал возможности иного исхода) и примутся за поиски беглецов.
Юноша усмехнулся, затянул пояс и вновь бросился в заросли. Его ноги работали независимо от головы, и он бежал, не слыша погони и не чувствуя ног, бежал, бессознательно, к северу, бежал, пока совершенно не обессилел и не упал. Он был голоден, его роскошная туника превратилась в грязные лохмотья, едва скрывавшие измученное тело, - но он был жив. Пока жив.
Элари долго лежал на земле, полуголый, дрожащий от холода, не в силах подняться, не представляя, где находится, пока до него не донеслись тяжелые, мерные шаги. Человеческие ноги не могли так ступать...
"Вот и сурами, - равнодушно подумал он. - Теперь я попрошу их убить меня сразу. Больше не соглашусь принять мучения".
Всё же он с трудом встал и осмотрелся. На него надвигался огромный черный силуэт, - корова, очевидно, отбилась от стада или её нарочно спрятали в лесу. Она подошла вплотную, ткнулась мордой в его живот и замычала.
Элари сел на землю и заржал. Его душил неудержимый смех, - он не представлял, что при виде обычной коровы с ним случится истерика. Лишь боль в отшибленных вождем сурами рёбрах остановила его.
Что ж, раз он всё ещё жив, надо что-то делать. Он решил, что будет пробираться к западу, - неважно, имеет это смысл или уже нет. Если добраться до автотрассы (он знал, что она где-то недалеко) можно остановить какой-нибудь автомобиль... если они ещё остались. Но...
Его голова кружилась и гудела, руки дрожали. Бежать он уже не мог, - его ступни были все в крови, в глазах двоилось. Дикое возбуждение боя прошло и теперь каждый шаг причинял невыносимую боль. Он вряд ли сможет пройти даже сотню шагов, - разве что на четвереньках.
Он взглянул на свои босые ноги. Подошвы превратились в сплошное месиво из налипшего сора, земли и чёрной застывшей крови. Через трещины в ней сочились свежие алые струйки. Если он ещё и не заработал заражения крови (Элари коснулся запёкшихся, нестерпимо зудящих ссадин на груди), то очень скоро это произойдет. Пока он не ощущал лихорадки и жара - пока.
Он вздохнул и углубился в лес, направляясь на запад, - там проходила дорога, соединяющая Лахолу с Ай-Курьехом. Большую часть пути он прополз на четвереньках, - и вскоре его ладони тоже начали кровоточить.
22.
Где-то через час измученный Элари увидел дорогу с гребня выемки, - пустую, насколько хватал глаз. Нигде ни души, не слышно выстрелов, не видно зарева пожарищ. Лишь слабый тёплый ветер шелестел листьями. Всё казалось таким спокойным, таким мирным...
