Ашваттхама знал эту тактику. Даже не смотря на знание рукопашного боя, в котором сам претеритант не сомневался даже во время первой их дуэли, Дрона как лучник, будет при любой возможности стараться увеличить расстояние.
В самом взгляде брахмана был отчётливо различим холод. Не смотря на одновременно продолжающуюся битву внутри самого мужчины, он был предельно сосредоточен, старательно игнорируя любые эмоции или… воспоминания.
Вопрос «был ли он готов лишить жизни собственное дитя?» продолжал терзать его хуже любой возможной раны. И всё же, позволить пролиться крови невинных вновь, он не мог позволить.
Ашваттхама опять сорвался со своего места, устремившись к нему, на этот раз резко бросив две чакры по обе стороны к их цели.
Лучнику не составляло труда сбить их, но влетевшего в него на полной скорости воина, ему пришлось сдерживать своими конечностями.
Завязался ожесточённый рукопашный бой. Серия жестоких ударов рук и взмахов ног со стороны чирандживи, как и в прошлый раз теснили брахмана, даже при всём его мастерстве.
Однако в этот раз, Дрона не собирался только стоять в обороне.
Блокировав некоторые из размашистых, но слабых ударов, ему удалось успешно контратаковать, оттеснив претеританта на несколько шагов назад.
Это возымело эффект, когда после продолжительной серии ответных выпадов, старшему воину удалось парировать в ответ, со всей силы толкнуть ногой своего противника в противоположную стену, разрушив её и подняв облако пыли.
В тот же момент, когда соперник оглушён, брахман мог пустить одну единственную стрелу, закончив этот бой… Но он этого не сделал.
Не успев перевести дыхание, в том числе после нескольких жёстких ударов в живот и грудь, наверняка повредивших что-нибудь, индийский претеритант заметил яркий свет в дыре разбитой стены. Из-за облака, вначале трудно было разобрать, но вскоре стали появляться очертания диска, но гораздо большего размера, чем прежде.
Дроначарья вовремя предугадал дальнейший его сына, чтобы увернуться как раз в тот момент, когда диск был пущен точно в него. Не смотря на размер, снаряд летел также быстро, как и предыдущие.
Устремившись дальше, чакра врезалась в один из этажей, прожигая на своём пути сталь и бетон, прежде чем вылетело снаружи.
Из-за практического разрушения части строения, и без того ветхое здание начало трещать. Стены содрогнулись, а крыша начала опадать кусками прямо на головы двух претеритантов.
Брахман отвлёкся, как раз в тот момент, чтобы пропустить очередную атаку, сбившую его с ног. Лук был выбит из рук мгновенно, когда прыгнувший на мастера чирандживи принялся яростно избивать его.
Медленно, но верно, трещины в стене расходились и вверх, и вниз, разрушая весь отель. Всё больше и больше частей опадали на первый этаж. Один из таких с треском рухнул прямо возле сцепившихся воинов, подняв под своей массой груду пыли.
Это отвлекло Ашваттхаму, позволив Дроне ударить его в ответ и оттолкнув, сбросить с себя.
Беглого взгляда вокруг хватило, чтобы лучник предугадал скорое обрушение конструкции этого места, как тогда в пещере. В любой момент, они могли оказаться под завалами.
Продолжать здесь бой было слишком опасно.
Брахман попытался было рвануть к своему оружию, но метко кинутая чакра, чуть не отрезав ему руку, врезалась в землю. Ашваттхама уже был на ногах.
Пробиваться к его оружию стало слишком рискованно. Заметив в одной из стен пробитый проход, через который некоторое время назад вышла троица, Дрона мгновенно устремился туда, прежде чем невысокая башня отеля начала складываться и рассыпаться на куски.
Выбравшись из-под завалов, бой не закончился.
Ашваттхама накинулся на своего отца, столкнув того с самого края кратера, возле которого он стоял. Вместе кубарем они покатились вниз, вцепившись в друг друга подобно зверям.
…
Дисмас и Калеб наконец-то миновали каменные джунгли, выйдя к огромному кратеру в земле – кровоточащей ране.
Себастьяну удалось уловить сигнал на костюме агента РИСИ, посланного сюда к Точке. Они были уже здесь, но Кристобаль надеялся, что его «запасной вариант» задержит их, согласно плану. Если ему повезёт, то он решит и вторую проблему. Он бросил беглый взгляд на Калеба, с недовольством и печалью смотрящего на дыру посреди города.
– Значит запасной план задерживается. – Кристобаль про себя прошептал, прикусив губу, и метнув недовольный взгляд исподлобья на претеританта рядом, прокашлялся и сказал громче. – Мы уже рядом. Точка должна быть в центре воронки. Если поспешим – нагоним их.
Дисмас уже двинулся вперёд, но заметил, что претеритант не идёт за ним.
– И моя вина здесь зиждется. О позор! Позор мне, Боже! За глупость и наглость мою. Моя рука в крови мира повинна. – Великан говорил, казалось, с нарастающим гневом, но на самом деле, с искренней горечью и сожалением.
Дисмас закатил глаза. Ему ещё был нужен этот пёс. Отпускать его сейчас слишком рано. Белого претеританта нужно было ещё задержать.