Каждый новый шаг ощущался труднее предыдущего. Неровная земля, смесь камня, застывшей грязи и плотных слоёв пыли, приходилось плохим грунтом. То и дело попадались нагромождения дроблённого бетона вместе с кусками железных конструкций. Трава, как и любая другая растительность отсутствовали либо полностью, либо оставив от себя умирающие потемневшие ростки. Деревья, сбросив с себя листву, уподобившись домам, представали покосившимися ветхими скелетами. И казалось вот-вот они упадут в многочисленные земляные трещины, под напором горячего сухого ветра.
Многие тропинки, тротуары и дороги расплылись в обилие земляных нарывов. Лишь основания малых жилых домов заставляли вспомнить о некогда существовавших здесь ветвистых улицах, а обугленные и ржавые нагромождения железа лишь только издали напоминали разноцветные автомобили. Не светили больше высокие фонарные столбы, пришедшие из стародавних времён. Из домов больше не доносились звуки музыки и разговоры, а окна уже не пропускали сквозь себя обилия световых потоков от хозяйских каминов и ламп.
Но не привычнее всего было слышать тишину, такую томную, давящую, холодную. Ни пения утренних птиц, ни шуршания листвы, ни гула машин, ни голосов людей, ни звуков оживлённого города. Столица, одна из старейших в мире, с населением более семи миллионов человек, в один момент, словно перестала существовать, затихла навсегда. Огромная могила целого фрагмента человеческой истории. Ни Великий Пожар, ни чума, ни нещадные немецкие бомбардировки не смогли сломить могучий Лондиниум. А одна маленькая неизвестная катастрофа сделал это в один миг, не только в этом городе, но и на всём Альбионе. В это было невозможно поверить.
Подошва обуви костюма хоть и была весьма износостойкая, но постоянная ходьба Даниэля по развалинам доставляла некоторые неудобства. Ребис с их тёмными ботинками, подбитыми гвоздями, подобное и не мешало вовсе. Пока Вестерфозе карабкался по каменным развалинам, его коллега уже успевал добраться до вершины и несколько раз осмотреть округу. Они шли где-то чуть более часа и у молодого учёного уже сбилось дыхание.
– Мы сейчас приблизительно находимся на улице Меллиш-стрит, а оттуда можно добраться до Канэри-Уорф, где и устроим привал. Ещё немного осталось. – просчитал по карте учёный, взобравшись на остатки какого-то жилого дома.
Даниэль с облегчением вздохнул. Ему очень не хотелось найти остатки мёртвых людей в этих развалинах, да и банальный отдых тоже не помешал бы.
– Слушай, а вы раньше… – не успел Вестерфозе закончить фразу, как рука его сорвалась с каменного выступа и он вот-вот должен был скатиться вниз, но за долю секунды ощутил крепкую хватку Ребис, удерживающую его от падения.
– Осторожней. Тут всё очень ветхое. – Даниэль был поражен. Но совсем не внезапным падением, сколько быстротой реакции и скорости своего коллеги. Даже если они и вправду претеритант, подобные чудеса, по другому их и нельзя было назвать, не переставали поражать молодого учёного.
– Вы…?
– Нам надо идти. Или тебе нужно поговорить? – с непривычной Вестерфозе заботой сказали они.
– Нет, вы правы. Пойдём… – Он не стал пока поднимать эту тему.
Путь продолжился, но теперь к мыслям Даниэля о мёртвом городе прибавились размышления о природе Претеритантов, их потенциале, способностях и отличиях от людей. Он знал про них из научных трудов и лекций, когда ещё учился в РИСИ. Тогда про них много говорили, старались исследовать. Но юный Вестерфозе уделял мало внимания этому вопрос. Его скорее заботила хиральность, её влияние на мир, природа и особенности. Но должных ответов, он так и не получил, как и многие другие члены РИСИ. И только сейчас, смотря на ничуть не уставшего Ребис, спасших его жизнь уже дважды, он так старательно хотел изучить эту необъяснимую фигуру, сошедшую к нему словно из древнегреческих мифов и легенд.
И вот, почти уже рядом, вверх стремились тела и скелеты небоскрёбов Канэри-Уорф. В прежние времена деловой район Лондона, ныне превратился в сад, полный мёртвых домов. Почти сразу от него, вплоть до Лаймхауса и Уайтчепела, не доходя до иссушенной Темзы, на многие мили вокруг простирались глубокие, уходившие в недра земли каньоны, медленно утаскивающие внутрь себя всё больше и больше территорий поверхности.
С начала похода прошло немного времени, но стоило признать, что маршрут весьма сильно усложняла неровная поверхность. Видимо претеритант понимали, что Даниэлю ещё нужно оправится после всего увиденного, да и связь с учёными из РИСИ нужно восстановить.
Среди обвалившихся или покосившихся жилых домов было небольшое здание, прямо перед небоскрёбами Канэри-Уорф. Это было супермаркет на Уэстфери-роуд. Оба путника согласились остановиться там на небольшой отдых.
Войдя внутрь, их встретила привычная разруха и тоны пыли, то осевшей на поверхностях, то летающей прямо в воздухе. Множественный пустые залы с закрытыми или заваленными прилавками. Но это было всяко лучше, заброшенных и еле державшихся домов по бокам улицы.