И всё же Ахав пошёл к нему. Медленно, опираясь на палку, которую чудом нашёл возле края арены, он собирался спасать того, кого он даже не знал. Спасать того, кто, как и они сейчас, скорее всего, умрут в ужасных муках. Но по крайне мере отсрочить на какое-то время. Спасти. Спасти, потому что устал видеть мёртвые тела на своём жизненном пути… даже если это её конец.
Судя по всему, парень был всё ещё жив. Он стонал и извивался, но вставать не решался. Не похоже, что он что-либо сломал или вывихнул. Скорее всего, его сильно огрели, прежде чем скинули вниз, где так или иначе пострадала голова.
– Эй приятель, – обратился он к нему сквозь шум ликующей толпы, похлопывая того по щекам. – встать сам сможешь?
В ответ прозвучало мычание, слабо походившее на внятный ответ.
Больная конечность мешала поднять человека, который сам толком ноги с трудом передвигал. Из-за этого сдвинуть его с место, пытаясь при этом сохраняя равновесие самому не упасть, было крайне тяжело. Львы же, становились всё ближе, окружая полукругом теперь не всех людей на арене, а только их двоих.
Бельгиец как мог взвалил незнакомца, облокотив на плечо, обхватив одной рукой и сжав, что есть сил другой свой костыль, дрожащий из-за приложенной к нему силы. Но даже таким образом, как-либо переместиться никак не выходило. При одиночной опоре левой ноги, боль казалась проходила по всему телу. Только чудом ему удалось сохранить равновесие.
В тот момент, когда Ахав намеревался совершить ещё один тяжёлой шаг, груз тела был, неожиданно для него переложен. Вначале он с опаской подумал, что тот снова упал, но оглянувшись увидел, что его подхватил один из незнакомых людей, с которыми им предстояло разделить участь в желудках этих зверей.
Таким образом, они вдвоём смогли оттащить выпавшего на некоторое расстояние, но стало уже слишком поздно. Животные окружили их, начисто забыв о двух других оказавшихся на арене, в страхе прижавшихся спинами к решётке.
«Видимо, такова и есть цена спасения другого человека.» – подумал Ахав. Стоя здесь и сейчас, оглядывая беглым взором сначала одного хищника, затем второго, он, казалось, наконец смог смириться с происходящим. Прожив достаточно долгую, хоть и не самую счастливую жизнь, он пережил катастрофу и смог обмануть смерть не единожды, чтобы в конце быть съеденным на потеху толпе, без шанса хоть как-либо избежать подобной участи.
Не смотря на весь ужас происходящего, это вызывало улыбку странную, необычную, такую которые после всего пережитого, он никак не ожидал увидеть на своём лице. Может это был истерический смех, и под тяжестью жизни, он наконец-то сошёл с ума? Неужели действительно такой должен был быть его конец? Он прошёл такой долгий путь, думая, что удача всё это время была на его стороне. Была ли это судьба? Или всё-таки простое представление? Может поэтому, он и улыбается? Смеётся над собственным невезением. Над своей жертвой и над странным выпавшим чудаком, который даже не сможет понять, что отнимет его жизнь в ближайшие минуты.
«Вот ведь везунчик!» – снова подумал он, улыбаясь ещё шире. – «Он даже не сможет понять эту шутку. Как многое он упускает.»
Ахав уже не слышал, что другой, ещё не съеденный человек кричал ему, отчаянно дёргая за рукав. Рёв толпы и рык зверей заполонили собой всё вокруг. Видно, парень, так и не смог со всем этим смириться. В любом случае, теперь это уже не была его проблема. Время будто бы замерло на мгновение. Мысли остановили свою неутомимую гонку. Но на этот раз, что-то переменилось внутри него. Иная мысль, иное желание, которое, казалось, проявилось совсем недавно. Закрыв глаза, он выдохнул.
– Нет, не сегодня…
Внезапный порыв ветра почти сбил всю небольшую группу с ног.
Он пошатнулся, но смог вовремя удержаться за костыль. Йоахим и уже полностью очнувшийся незнакомец в белом также смогли остаться на ногах, но облако пыли, возникшее от источника порыва, мигом окутало их, мешая обзору. Все шумы также прекратились. Не было больше ни ликований толпы, ни что странно звуков диких львов, вот-вот готовящихся их съесть. Вместо этого, лишь пару удивлённых вскриков и возгласов прерывали странную возникшую тишину.
Но вскоре пыль рассеялась и взору каждого предстала удивительная картина. Там, где находился каждый из зверей теперь был воткнут старинный меч или копьё, а их образы, словно мираж рассыпался в воздухе, медленно исчезая в небытие. А прямо перед ними возникла доселе не виданная Ахавом высокая фигура, одетая в старинные одеяния. Не то мужчина, не то женщина, но с чистыми белыми, длинными волосами, аки ангел, сошедший с небес на землю.
– Ребис! – выкрикнул очнувшийся упавший человек. В его новом голосе читалось явная доля счастья, как будто фигура перед ним была ему уже знакома.
Названная Ребис личность обернулась, чтобы показать бледное, но по-своему красивое, молодое, андрогинное лицо. Заметив источник огласки, оно тут же просияло, а зрачки расширились. Лучезарная счастливая улыбка, к сожалению, была единственным ответом, прежде чем быть бесцеремонно оборванным.