Из-за одной из массивных колонн вышла фигура, которую никто из присутствующих даже не смел себе вообразить. Прямо на них смотрела колоссальная статуя человека, настоящий исполин, ростом от двадцати до тридцати метров, в то время как высота потолка была чуть больше второй половины его собственного роста. Огромная, похожая за счёт бронзовой «кожи», ожившая статуя нагого мужчины с шипастым лавровым венком на голове, оглушительной поступью двигалась к ним. Таща по земле на ходу крупный меч, более походивший на несуразный кусок железа, деформирующий под своим весом каменный пол. Будто бы, воплощая в себе оживший кошмар, медленно, но, верно, приближающаяся смерть.
В тот же момент, группа будто бы замерла на месте при виде столь ужасающего зрелища. Даниэль, уже видевший ранее скульптуры, хоть и не как не мог поверить в происходящее, тщетно пытался потянуть за собой выживших с арены, которые стали чуть ли не в ступоре от происходящей перед ними картины. Ребис уже были готовы атаковать колосса, выхватив клинки и загородив собою группу, вопреки возражениям человека в очках.
Лишь только тогда, когда Ахав смог прийти в себя и сдвинуться с мёртвой точки, продолжив свой побег, а беловолосый претеританта намеревался уберечь остальных от поднятого вверх для удара клинка, этот самый клинок упал совершенно в другом направлении, разверзнув собою землю и подняв пыль.
Оглушительный гром сотряс опоры помещения, но это был ещё не конец. Следующий удар, также был нанесён в иную сторону. Из-за таких постоянных атак, складывалось впечатление, что титан уже вёл с кем-то бой ещё до их прихода сюда.
Будь то шаг или очередная атака, земля дрожала под ногами так, что её можно было уловить даже за пределами дворца. Пыль то и дело спадала с потолка вниз. Но несмотря на это, битва с незримым противником великана продолжалась.
К этому моменту, группа выживших с арены уже отдалилась на достаточное расстояние, но обернувшись, Даниэль заметил, что ещё один удар не коснулся земли, а вместо этого был перехвачен внезапно появившейся фигурой, которая сражалась с титаном этих каменных колонн. Тот же высокий мужчина, метра два с половиной, всё ещё уступающий своему противнику в росте, смог поймать клинок больше него самого голыми руками, и удерживая его, напрягая свои затвердевшие мышцы под угольно-тёмной кожей.
Он беглым взглядам прошёлся по появившейся в его зоне видимости толпе, прежде чем с его губ сорвалось едва слышимое, более походившее на шипение: «Вы».
Даниэль и Ребис тут же узнали только, что появившуюся личность. Страх и ужас не успели поразить тело первого, прежде чем беловолосый претеритант увёл его прочь, крепко держа за руку.
Было заметно, как в глазах Чёрного Зверя кипела злость. Он попытался погнаться за людьми, которых явно ожидал увидеть здесь, но тяжёлый удар кулака металлического колосса остановил его, и воспользовавшись отвлечением своего противника сбил его с ног так, что упав на колени, ему пришлось с трудом сдержать руку, грозившуюся раздавить.
Они уже почти были у выхода. Не смотря на поднятую ими суматоху, стража, скорее всего отвлеклась на нового неожиданного вторженца, тем самым открывая путь наружу.
Стоило им выйти за ворота, как для каждого из них, представший мир будто бы начал таять, как пустынный мираж. Знакомый вид города для Даниэля, который тот ожидал увидеть постепенно менялся, ссыпался песком сквозь пальцы. И как только ложные краски были скрыты, ко всеобщему удивлению пристала истина, которую никто не мог ожидать.
Не было более величественного города под землёй, ни множества домов, в которых мерцал свет домашнего очага, ни живых деревьев, невиданных на поверхности, ни иных памятников былой эпохи. Теперь, здесь лежал лишь пустынный мёртвый пейзаж, с развалинами и кое-как собранными из мусора, конструкции, слабо походившие на жилые дома как таковые. А люди, вышедшие посмотреть на зачинщиков поднятого шума, уже не были благородными римлянами, представляя собой грязных дикарей в обмотках того, что раньше было одеждой.
Здесь не было более того величественного Рима, так рьяно твердящего о своём великолепии. Убогая основа всё это время скрывалось за ширмой неведения, разукрашенной в дивный и такой далёкий мираж.
Всё переменилось так быстро, что никто даже не смог понять, что именно послужило причиной таких изменений. И пока Ахав искал дальнейший выход для побега, тяжело дыша от переутомления, Даниэль застыл, никак не приспособившись к происходящему.
– Это была иллюзия претеританта. – привлёк их внимание голос Ребис. На этом они не остановилась, выбрав маршрут, солдат направил группу по нему, прежде чем сзади стали отчётливо доноситься голоса и топот ног приближающихся стражников.