— Думаю, слишком много, чем я могу запомнить, — если б я хотя бы что-то помнила о старых придворных — а что уж говорить о дворянах вне города, тех, кто выжил потому, что был в сотнях миль отсюда? Старики из известных семей, что предпочитали позволить молодому поколению поддаться шарму короля, ненавистники Его Величества, те, кого с презрением принимал двор, те, кто жил достаточно далеко, чтобы править своими землями так, как позволял себе этот король — ведь до этой поры он не был реальным правителем, даже не бывал там ни разу…
Все, кроме самых упрямых и тех, кто нынче болеет, приедут, чтобы присутствовать на похоронах старого короля — и увидеть их новую королеву.
Я подалась вперёд, пытаясь рассмотреть её книги.
— А как ты хочешь их всех разложить, по алфавиту?
— Может быть, сначала по жанру, потом — по размеру, и… Может быть, стоит по цвету?
Я рассмеялась.
— Это будет не слишком эффективно.
— Но зато на полках выглядеть будет просто замечательно!
Помощи от меня было слишком мало. На мой взгляд, большинство книг Наоми были обыкновенными глупыми романами. Для неё они казались такими разнообразными, и у каждой подкатегории было своё собственное пространство в их маленькой полочке, чтобы можно было подойти и сразу увидеть систему. Но всё это так весело — угадывать жанры, передавая ей книжки, удивляться тому, как она серьёзно задумывалась над тем, куда она их поставит…
По крайней мере, Наоми наконец-то заулыбалась и расслабилась.
Нас прервал стук в дверь. Я распахнула её — и узрела на пороге Рэйнольда Милсона с запечатанным конвертом в руках.
— Сообщение для вас, Ваше Величество. От Расмуса Холта.
— Благодарю вас.
— Не за что, Ваше Величество, — он низко поклонился, и мне пришлось сдержаться, чтобы не опуститься в ответном реверансе.
— Что это? — поинтересовалась Наоми, когда стражник поклонился ещё и ей и вернулся обратно на свой пост.
Я вновь провернула конверт в руках. Он был запечатан красным воском с оттиском орла и скрещенных мечей. Я до сих пор так и не завела свою печать — вероятно, об этом следовало позаботиться моим советником. У отца, конечно, была одна, с изображением ткани, что показывала его принадлежность к торговцам, уже со звездой, но это уж точно не для королевы. И мне надо было пользоваться чем-то, прежде чем я найду свою собственную — чтобы отправлять сообщения.
Бумага внутри была тяжёлой, немного жестковатой и мелко-мелко списанной. Имя за именем — наверное, больше полутысячи. Список гостей на банкете — и большинство вычеркнуты, а остальные отмечены звёздами или маленькими крестиками.
Имя короля вверху было зачёркнуто, и королевы, и его брата, и сына его брата… Все они погибли. Моё собственное имя было куда ниже по списку, отмеченное звёздочкой — отметка выжившего, — а вот имя Софии Торн было отмечено крестиком.
Погибшие, выжившие и те, кто по каким-либо причинам отсутствовал на банкете.
Если бы это был официальный список гостей, то в него не могли попасть те, кто явился без приглашения. Я осмотрела страницу, чтобы обнаружить, не добавили ли туда новые имена и не вычеркнули ли кого-то, но никаких других пометок не обнаружила.
— Почему Холт вообще это тебе дал?
— Это всё для моего расследования, — ответила я. — Мой совет полагает, что за всё это ответственны Густавиты, но всё ещё под большим вопросом. Мне казалось, что следует просмотреть список гостей на банкете. Может быть, в нём тоже можно обнаружить что-нибудь подозрительное…
— О, ну тогда давай это сделаем, — согласилась Наоми. — Я возьму немного бумаги…
Когда она отошла к столу, я вновь пробежалась взглядом по списку. Но ничто не было выделено — это просто имена, в конце концов. Вот только нам следовало их осмотреть, исследовать, выяснить, что они делали в ту ночь. Некоторые из них выжили благодаря удаче, но вот некоторые могли и вправду знать, что же случилось — а ещё кто-то мог быть замешан во всём этом кровавом деле!
Большинство перечисленных я никогда не видела даже. Но всё равно выделялись несколько имён. Торстэн Вольф, лучший друг короля — и первый в очереди выживших, что были на банкете. Уильям Фицрой, королевский сын-бастард… Расмус Холт, новый советник. И отсутствовавшая Мадлен Вольф.
Наоми устроилась на полу рядом со мной с бумагой и пером для записей. Мы разделили страницы, и каждый выписывал выживших, что попадались в его части. Список оказался куда больше, когда мы разложили его на полу — целых двадцать четыре страницы!
Из всех выживших выше всего был Фицрой. Потом — я, Стэн и Наоми. Остальные дворяне были куда дальше в линии наследования — или и вовсе не входили в неё. Мои советники, несколько ещё более незначительных советников, далёкие тётушки, что всегда на всех неодобрительно косились…
— Ты считаешь, что он был именно среди гостей? Убийца… Ты правда так думаешь? — спросила Наоми.
