-— Я ведь не спрашиваю вас, было ли такое дело. Я спросил о том, что он мог думать.
— Это одно и то же.
Берни встал и, нахмурившись, посмотрел на меня.
— Вам дьявольски везет, Марлоу. Второй раз вылезаете из опасной ситуации. Вы слишком, отважны. Вы были очень нужны этим людям и не заработали ни гроша. Вы также были очень нужны некоему Леноксу и, как я слышал, тоже не получили от него ни гроша. На что вы, собственно, живете, дорогой мой? Неужели вы накопили столько денег, что можете не работать?
Я встал, обошел вокруг стола и остановился перед Берни.
— Я романтик, Берни. Когда я слышу ночью крик, то иду выяснять, что случилось. Таким путем ничего не заработаешь. У меня в сейфе лежит банкнота в пять тысяч долларов, но я не истрачу ни цента из этих денег. Потому что я получил ее необычным образом и при очень странных обстоятельствах. Сначала я немного позабавился с ней, а теперь храню ее до поры до времени и смотрю на нее. Но ни единого цента не истрачу.
— Может быть, она фальшивая,— сухо заметил Берни.— Я не знал, что выпускают такие крупные банкноты. Итак, чего же вы хотели добиться?
— Ничего. Я же сказал вам, что я романтик.
— Это я слышал. И не заработали ни гроша, это я тоже слышал.
— Но я могу в любое время послать к черту полицейского. Так что идите к черту, Берни!
— Вы бы не послали меня к черту, если бы я посадил вас в задней комнате под прожектор, дорогой мой.
— Возможно, нам удастся когда-нибудь это попробовать.
Берни подошел к двери и открыл ее.
— Знаете что, малыш? Вы воображаете себя бог знает каким хитрецом, но вы просто глупы. Вы просто тень на стене. Я двадцать лет проработал в полиции без взысканий. Я знаю, когда меня обманывают, знаю, когда от меня что-либо утаивают. Хитрецы всегда водят за нос самих себя. Можете мне поверить, дорогой мой!
Он вышел и хлопнул дверью. Его каблуки застучали по коридору.
Заведение Менди Менендеца в этом году называлось «Эль Тападо». На американо-испанском это означает «Зарытое сокровище», Раньше оно имело другие названия, целый ряд названий. В, одном году оно обозначалось просто голубой неоновой цифрой на высокой стене с северной стороны. С другой стороны был склон холма и подъездная дорога, поворачивающая в сторону, куда не достигает взгляд с улицы. Место для избранных. Мало кто знал о нем, кроме полицейских, гангстеров и людей, могущих платить 30 долларов за обед и любую сумму — до пятидесяти тысяч — в большой тихой комнате на верхнем этаже. По телефону мне ответила женщина, которая ничего не знала, потом я попал на современного парня с мексиканским акцентом.
— Вы хотите говорить с мистером Менендецем? Кто вы?
— Имени не назову, амиго. Личное дело.
— Один момент.
Пришлось довольно долго ждать. Затем со мной за-’ говорил решительный парень. Его голос доносился до меня словно через щель бронированной автомашины. Вероятно, это была просто щель в его лице.
— Кто хочет с ним говорить?
— Моя фамилия Марлоу.
— Кто вы?
— Вы Чик Агостино?
— Нет, я не Чик. Ну, давай говори пароль!
— Оближи мне руку!
Я услышал хихиканье.
— Подождите у телефона.
Наконец послышался другой голос.
— Хелло, ничтожество! Где пожар?
— Вы один?
— Можете говорить, ничтожество. Я сейчас просматриваю номера для ночного кабаре.
— Лучше бы вы перерезали себе глотку.
— А что бы я за это имел?
Мы оба рассмеялись.
— Ну, вы убрали от этого дела свои руки? — спросил Менди.
— Разве вы не слышали? Я снова подружился с парнем, который покончил с собой. Меня теперь называют «бэбй со смертельным поцелуем».
— Интересно, да?
—- Нет, совсем неинтересно. Кроме того, я недавно пил чай с Харланом Поттером.
— Неплохо. Мне не довелось.
— Он сказал, что вы должны хорошо ко мне относиться.
— Я незнаком с этим типом и не хочу с ним знакомиться.
— У него длинные руки. Мне от вас ничего не нужно, кроме небольшой справки, Менди. Например, о Поле Марстоне.
— Не слышал о таком.
— Вы слишком быстро ответили. Терри Ленокс носил имя Пола Марстона, когда жил в Нью-Йорке, до того как приехал на Восток.
— Да?
— Отпечатки его пальцев послали в ФБР. Там таких не нашли. Значит, он не служил в американской армии.
— Так.
— Что же мне остается вам сказать? Либо ваш рассказ был чепухой с соусом, либо это произошло где-то еще.
— Где это произошло, я не говорил, ничтожество. Оставьте это дело и забудьте о нем! Помните, что вас предупреждали!
— Ясно. Если мои действия вам не понравятся, то я поплыву на спине к Каталине. Не старайтесь запугать меня, Менди. Я справился с окружным прокурором. Вы были в Англии?
— Не будьте глупцом, ничтожество! В нашем городе всякое может случиться. Ведь случилось же кое-что с таким сильным парнем, как Большой Вилли Магун. Загляните в вечернюю газету!
— Куплю ее, раз вы так говорите. Возможно даже, что там есть мой портрет. А что там с Магуном?
