— Кажется, по этому поводу я уже ясно высказалась. — Она откинула назад волосы, как будто ей было трудно стоять неподвижно. — Больше никакого шпионажа с моей стороны. Обещаю.
— Да, ты дала мне свое слово. Но, кажется, я соскучился по твоим глазам на мне. — В морозном воздухе послышалось ее едва слышное шипение между их губами. — Помимо всего прочего.
Она быстро отвела взгляд. Снова посмотрела на него.
— Это плохая идея.
— Почему? Из-за того
Его домушница нахмурилась… вероятно из-за употребленного им слова «человек».
— Нет. Не из-за него.
— Значит, он здесь не живет.
— Нет, здесь живем только мы с бабушкой.
— Одобряю.
— Почему у тебя вообще сложилось другое мнение?
— Сам ежедневно задаюсь этим вопросом, — пробормотал он. — Но объясни, если дело не в том парне, почему мы не можем встречаться?
Его домушница снова откинула волосы за плечо и покачала головой.
— Ты… проблема.
— Говорит женщина, которая почти всегда вооружена.
Она вздернула подбородок.
— Думаешь, я не видела тот окровавленный клинок в твоем коридоре?
— Ах, э-это. — Он отбросил упоминание взмахом руки. — Просто забочусь о бизнесе.
— Я думала, ты убил его.
— Кого?
— Марка… моего друга.
— Друг, — услышал собственное рычание Эссэйл. — Вот кто он.
— Так кого ты убил?
Эссэйл достал сигару, собираясь ее уже прикурить, но женщина остановила его.
— Моя бабушка учует запах.
Он посмотрел на закрытые окна на втором этаже.
— Как?
— Просто не делай этого, пожалуйста. Не здесь.
Он кивнул, соглашаясь… хотя не припоминал, чтобы хоть раз из-за кого-то, отказывался от сигары.
— Кого ты убил?
Это было произнесено спокойно, без истерии, которую могла бы устроить любая другая женщина на ее месте.
— Это не должно тебя беспокоить.
— Мне лучше знать.
Учитывая, что они были разных видов? Да. Действительно.
— Никого, кого бы ты знала. Однако раскрою мотивы. Он меня предал.
— Значит заслужил. — Не вопрос, больше похоже на одобрение.
Он не мог не одобрить ее отношение.
— Да, заслужил.
Между ними установилось молчание, а затем Эссэйл спросил:
— Как твое имя?
Она рассмеялась.
— Хочешь сказать, что не знаешь?
— Как бы я его узнал?
— Хороший вопрос… и я отвечу тебе, после того, как объяснишь, что ты сказал моей
— Кому?
— Моей бабуле.
— С каких пор ей вообще обо мне известно?
Его взломщица нахмурилась.
— С тех, как ты приходил сюда в прошлый раз. Сказала, что ты показался ей приличным парнем, и она хочет пригласить тебя на обед. — Эти удивительные темные глаза вернулись к нему. — Не то чтобы я рекомендовала… что? Эй, ай.
Эссэйл вынудил себя ослабить хватку, когда неосознанно сжал ее руку.
— Я не приходил сюда. Я ни разу не разговаривал с твоей бабушкой.
Его домушница открыла рот. Закрыла его. Снова открыла.
— Тебя здесь не было сегодня вечером?
— Нет.
— Тогда кто, черт возьми, хотел меня видеть?
Когда Эссэйла накрыло дикое желание защитить, его клыки удлинились и верхняя губа начала оттопыриваться… но он совладал с собой, подавив внешнюю демонстрацию своих внутренних эмоций.
Эссэйл резко кивнул в направлении кухни.
— Идем внутрь. Сейчас же. И ты подробно мне все рассказываешь.
— Я не нуждаюсь в твоей помощи.
Эссэйл уставился на нее с высоты своего роста.
— В любом случае ты ее получишь.
ГЛАВА 72
Трез не привык ездить на автомобиле с шофером. Ему нравилось самому сидеть за рулем. Держать все под контролем. Выбирать куда повернуть.
Однако такая самостоятельность этой ночью не числилась в его меню.
Сейчас он ехал на заднем сидении «мерседеса» размером с дом. За рулем сидел Фритц, как оказалось его зовут, и несся так, словно за ними гнались черти — явно не этого ожидаешь от дворецкого, которому на вид не меньше семидесяти.
А пока, учитывая, что Трез все еще, малость, отходил от ночной мигрени, он решил, что сегодня вполне может побыть в качестве пассажира. Но если они с АйЭмом собирались жить с Братством, то им позарез необходимо знать, где находились их чертовы владения…
«Что за. Нахрен».
Ни с того ни с сего его органы чувств сработали на изменение в атмосфере, нечто начало покалывать край его сознания — предупреждение. И вот что, снаружи, за окном автомобиля залитый лунным светом пейзаж пошел рябью, искажая все в его поле зрения.
Трез осмотрел салон «мерседеса». Все было в порядке: структура черной кожаной обивки, отделка салона цвета грецкого ореха, перегородка, которая тут же поднялась, как только они оказались в машине. Значит дело не в нарушении зрительных нервов.
Снова переведя взгляд на то, что было за окном, Трез понял, что причиной искажения является не туман. И не та странная снежно-ледяная крупа. Нет, это дерьмо не являлось порождением погоды… это было что-то местное… как будто страх кристаллизовался в отдельные частички воздуха, послужив причиной того, что пейзаж принял другую форму.
«Ми-и-и-иленький защитный покров», хмыкнул он про себя.
А Трез уже было решил, что здесь только они с братом единственные, у кого имелись в запасе тузы в рукавах.
— Мы близко, — прокомментировал он.
