Теперь вот умираю от любопытства.
Антон написал роман?! Невероятно.
— А что?
Выдержав паузу, охранник Гена все же срывается — задает вопрос. Он напряжен. И нервишки сдают.
Единственное, чего добивается, дурачок: укрепляет меня в мысли о том, что врет. И — боится.
Вопрос: почему?
— Да ничего, собственно. Предлагают сотрудничество. Я подумала, может, Антон уже вел переговоры.
— С издательством?
— Ну да. Мне так показалось. Они, впрочем, могли встречаться где угодно. У нас в офисе, в ресторане…
— С этим типом… с водянистыми глазами? Нет, Антон Васильевич с ним не встречался. Никогда.
— Ты так в этом уверен?
— Абсолютно уверен.
Игра становится по-настоящему интересной.
Мало того, что главный охранник безошибочно вычислил издателя в плотной толпе журналистов, он зачем-то упорствует.
Был ведь хороший повод выйти сухим из воды. Допускаю вполне: Антон не ездил в издательство. Не королевское это дело, в конце-то концов. Встречались действительно на другой территории. И — взятки гладки. Охрана, в принципе, не обязана помнить всякого, с кем когда-либо общался Тоша.
Он, однако, настаивает.
Зачем? Не понимаю. Еще одна вязанка дров — сухих и горючих — в костер моего любопытства.
Тот, разумеется, вспыхивает с новой силой.
Утром, едва дождавшись приличествующего времени, звоню, готовая, в принципе, ко всему.
Узнать, к примеру, о том, что визитка липовая, никакого издательства «Премьер» не существует. Или — существует, но человека, чье имя значится на визитке, там не знают. Или — знают, но вчера ни на какие пресс-конференции он не ездил, а про Антона Полонского слышит впервые. Или — не впервые, но исключительно из прессы.
Et cetera…
Дурацкая шутка, розыгрыш, наваждение, в конце концов.
Однако ж — ничего подобного.
Да, отвечают мне по указанному номеру, знают, ждут. В любое удобное время.
Надо ли говорить, оно наступает через полтора часа — ровно столько потрачено на сборы и дорогу до издательского офиса.
Там, в небольшом безликом кабинете, обставленном, возможно, дорогой, но совершенно обычной незатейливой мебелью, меня встречает «тип с водянистыми глазами».
Молодой человек неброской внешности — совершенно под стать кабинету. Глаза у него действительно очень светлые, притом какого-то неопределенного цвета. Блекло-голубые? Серо-голубые? Бледно-зеленые? Невозможно сказать наверняка.
Сам он тоже какой-то неопределенный и неуверенный. Не хозяин вроде. А так — заглянул на пару минут по какой-то нужде. То ли проситель, то ли клерк. Никак не владелец крупного издательского дома.
Однако ж он — собственной персоной. Табличка у двери тому порукой. И вежливая девушка-секретарь в приемной.
Что ж, у каждого свой стиль.
Он между тем смотрит в сторону. Говорит аккуратно, будто вслепую нащупывает слова.
— С Антоном Васильевичем мы знакомы года два. Кто-то случайно представил. Где-то. Сами, наверное, знаете, как бывает. Потом встречались пару раз — тоже мельком. Три месяца назад он позвонил и попросил о встрече.
— Попросил?
— Да. Вас это удивляет?
— Нет. Скорее интересует: вы встречались здесь, в вашем офисе?
— Да. Здесь. Именно в этом кабинете, если быть точным. А почему вы спрашиваете?
— Так. Некоторые личные обстоятельства… К вам это не имеет отношения. Простите, что перебила. Итак, Антон Васильевич прибыл к вам…
— Да… не с пустыми руками. Он принес рукопись. Сказал, что много размышлял последнее время, мысли записывал — хочет теперь поделиться с читающей публикой, так сказать. Мы поначалу решили: мемуары. Возраст, правда, еще не располагал… Но всяко бывает. Прочли — оказалось иначе. Интереснее. Откровенно говоря, мы не ожидали…
Он все время говорит «мы», и в конце концов это начинает раздражать.
То ли «мы, императоры всея Руси…».
То ли некий загадочный круг посвященных, от лица которых вещает.
Это, пожалуй, подходит.
— Простите, что перебиваю снова. «Мы» — это кто?
— Мы? — Он как будто искренне удивлен вопросу. — Ну как вам сказать… Я, мои коллеги. Заместители, главный редактор, конечно же. Рукопись читали несколько человек.
— Понятно…
Ни черта на самом деле мне не понятно.
То есть понятно, конечно, что у каждого руководителя есть заместители, в каждом издательстве существует главный редактор и еще туча всякого народа.
Однако ж нечасто на моей памяти владельцы компаний говорили о себе во множественном числе, имея в виду персонал.
— Значит, это был роман?
— Скорее, повесть. Довольно необычная. Такая, знаете… С элементами мистики. И философии. Вроде притчи. Наши маркетологи, кстати, считают — может пойти. Хотя сомнения были. И есть. Но мы решили печатать. Антон Васильевич подписал договор… И тут…
— Его не стало.
— Да. Простите, я не принес соболезнования.
— Все нормально. Я могу прочесть рукопись?
— Конечно! Я ведь затем и просил о встрече. Мы — повторюсь — готовы печатать. И вероятнее всего, напечатаем в ближайшее время. Но не хотелось бы… без вашего ведома. Вопрос не юридический и не финансовый даже. Договор подписан и — как говорится — вступил в законную силу. Должен сказать, финансовая сторона Антона Васильевича почти не интересовала. Он, собственно, предлагал возместить расходы…
