С этими словами он повернулся к Дикому спиной и пошел обратно к лагерю. Ветер развевал его лохмотья, и казалось, что по склону шагает скелет.
Алый, словно кровавая рана, рассвет встретил обе армии в Долине Холмов. Они вошли в нее с двух сторон и начали сближаться. Вскоре Флаги Приморья, боевые знамена Серых гор и Черных отрядов сошлись и перемешались. Дикий Ворон первым послал коня в галоп и уже через минуту крепко обнимал Красного.
— Вот мы и снова встретились! И снова при оружии. Но на этот раз битва закончится по-другому.
— Так и будет! — ответил Пятый Ворон, сжимая руки брата.
Внимательно всмотревшись в родное лицо, Дикий нахмурился.
— Плохо выглядишь, — заявил он. — Заболел?
— Не оправился от смерти матери, — опустив глаза, признался Красный. — Расскажи, что произошло?
— Пойдем в мой шатер, — пригласил Дикий. — Его уже разбили фении.
Братья спешились и направились к большому шатру из шкур, вокруг которого дымились костры.
Сидя у стола в походном шатре, Брес рассматривал карту. Откинулся полог у входа, и в шатер вошел Брайен.
— Разведчики увидели костры над Долиной Холмов, сообщил он.
Поджав губы, Брес побарабанил пальцами по столу.
— Опоздали, — произнес он. — Они пришли первыми и встали у нас на пути.
— Опоздали, — согласился Брайен.
— От Рода гонцов нет?
— Прибыл гонец, — замялся Брайен.
Брес молча ждал, хотя уже понимал, что хороших новостей не будет.
— Гонец привез известие о смерти короля Рода Озерного и его наследника, принца Нильса, — выдохнул Брайен. — Обоих отравил придворный лекарь — колдун с каких-то проклятых болот. Помощь не придет.
Снова побарабанив пальцами по столу, Брес задумчиво взглянул на карту.
— Что ж, — пожал он плечами. — Смерть — уважительная причина для неявки, пожалуй, я прощу Рода. А тех, кто стоит у нас на пути в Приморье, мы уберем.
Брайен молча поклонился своему королю.
Два войска стояли друг напротив друга на просторах огромной долины. Вся она была усыпана древними холмами. По преданию, под каждым спал воин. Когда-то тут произошла страшная битва, и мертвых хоронили прямо в долине, насыпая поверх тел курганы.
Сидя на коне, Брес разглядывал вражескую армию, особое внимание уделяя знаменам.
— Вороны здесь, успели тоже, — заметил он, обращаясь к Брайену.
— И Черные отряды, — хмуро ответил кузен. — Жаль, что мы не догадались их перекупить.
— Это невозможно, — покачал головой Брес. — Черные отряды служат только истинным королям Таумрата. Видимо, у них есть какой-то свой претендент. Скорее всего, один из Воронов. Но это мы исправим. Король может быть лишь один.
— Трубить атаку? — спросил Брайен.
— Да, сейчас. И надо оставить в арьергарде наемников.
— Почему ты не хочешь послать их первыми? — удивился Брайен.
— От первой атаки при такой расстановке сил может зависеть исход битвы, — пояснил Брес. — Нашей армии я доверяю больше, чем продающим мечи за золото. Они будут драться не за честь, а всего лишь за деньги. Оставь их в запасе. Когда станет тяжело, они должны ударить со свежими силами. Вперед! Начинаем!
Брайен поскакал к войску, высоко подняв руку. Над долиной прокатился сигнал атаки, подхваченный сотнями военных труб и рожков.
Армии начали сходиться.
Первыми сшиблись конницы. Объединенные верховые отряды Серых гор и Приморья вел Гордый. Лорелея неслась, выпрямившись в седле, рядом с ним.
Во мгновение ока долина превратилась в огромную бойню. Хрипели, умирая, люди, кричали, погибая, кони. Кровь впитывалась в сухую землю, превращая ее в жидкую грязь.
Уже бежали навстречу друг другу копейщики, уже свистели стрелы, пронзая человеческие тела.
Смерть спустилась в Долину Холмов и плясала на свежих трупах, упиваясь размахом убийства.
Черные отряды в первые же минуты оправдали свою славу: они остановили атаку правого фланга конницы Лугайда и рассеяли ее по долине. Оба брата-короля сами вели своих воинов. Глядя на то, как ловко управляются с оружием Владыки Улада, Младший Ворон мог лишь удивляться. Он поначалу невысоко ценил их боевые умения и сейчас был поражен своей ошибкой. Толстый Кормал играючи рубил тяжелым мечом налево и направо, одним движением смахивая с коней закованных в броню рыцарей, а высокий тощий Фаэлин орудовал длинной булавой с шипастым навершием, круша головы и спины.
В самой гуще сражения дрались пешие воины. Потерявшие лошадей конники также рубились на земле, побеждая или умирая в кровавом месиве.
Гордый оттеснил конницу Лугайда на левом фланге, все смешалось, атака захлебнулась и распалась на отдельные поединки. Коня под Вороном ранили, пришлось спешиться.
Гордый отбил удар рослого знатного воина Лугайда. Воин наступал. Гордый выдержал его натиск и сам перешел в нападение. Его меч рубил, словно топор лесоруба. Латы противника измялись, из-под кольчуги показалась кровь. Обрушив клинок на шлем врага, Гордый отправил его в лучший мир. Перешагнул через тело, устремляясь навстречу другому лугайдийцу.
Свист мечей и шестоперов, вопли ярости и боли сливались в одну страшную мелодию. Она звенела в ушах Гордого, делая его неуязвимым.
