Она говорит это без улыбки, но у меня всё равно возникает чувство, что надо мной беззастенчиво издеваются. Сообщаю несколько раздражённо:
— Предсказания меня не интересуют. Мой вопрос — совершенно иного рода, вам он покажется необычным, но отнеситесь к нему серьёзно.
— Как же иначе? Не сомневайтесь.
— Мне вас порекомендовали как обладательницу… гм… разнообразных знаний. Меня в данном случае интересуют вещи из области, скорее, мифологической. Вам что-нибудь проходилось слышать о людях, овладевших водными чарами? Точнее, ледяными?
Я опасаюсь, что она либо захихикает, либо, по примеру Лукерьи, впадёт в истерику и запричитает насчёт злодея, который за ней придёт, но хозяйка лишь пожимает плечами:
— Слышать-то? Приходилось, сударь, само собой. Люди в стародавние времена такое умели, что нам сегодня и не приснится.
— Я, видимо, не совсем точно сформулировал. Имелась в виду не седая древность, о которой нет достоверных сведений, а наше время. Доходили ли до вас слухи, что колдовство со льдом имеет место сегодня? Ещё раз оговорюсь — вопрос может показаться странным, однако…
— Неужто вам люди-осколки встретились?
Я хмыкаю. Ну да, если уж подбирать фольклорные аналогии, то люди-осколки подойдут тут лучше других — чудовища с лицами, вытесанными как раз-таки изо льда. В фольклоре, правда, у них довольно простая роль — являться ночью к проштрафившимся гражданам и рубить их топором на куски. Чары для такой операции, по логике, не нужны, но как-то само собой подразумевается, что любые монстры — волшебные существа. На то и фольклор…
— Да, давайте для простоты использовать этот термин — люди-осколки. Вы, насколько я понимаю, верите, что они попадаются и сегодня?
— Давненько про них не было слуху. Только ведь, сударь, ничто бесследно не исчезает — вот и они могут возвратиться, коли настанет срок. Жизнь по кругу идёт.
— Давайте попробуем без абстракций. Если они вернулись — как их найти?
— Тут уж не меня надо спрашивать. Карты ответ дадут, если пожелают.
Она достаёт колоду, и я испытываю острое разочарование; что ж, глупо было рассчитывать, что этот визит принесёт какую-то пользу. Вместо конкретной информации мне предлагают шарлатанское развлечение.
С трудом удержавшись от того, чтобы встать и уйти немедленно, слежу за манипуляциями Варвары. Она веером раскладывает на столике гадальные карты, которые вместо привычных мастей украшены символами стихий — есть тут и огненно-красный факел, и зелёный дубовый лист, и серая туча, и синяя блестящая капля.
— Готовы, сударь?
— Готов, — подтверждаю коротко, надеясь, что всё закончится быстро.
— Вы ищете ответ для себя?
— Что, простите?
— Требуется исходный мотив, чтобы начать гадание. Для кого предназначается то, что вы хотите узнать?
Я замечаю изменения в её речи — интонация стала более напористой, жёсткой, а фразы строятся чётче. Это достаточно любопытно, поэтому я соглашаюсь ей подыграть:
— Ответ ищу для некой юной особы.
— Выберите карту, которая ей подходит.
Гадалка кладёт передо мной портреты четырёх дам. Рыжую и брюнетку я мысленно отметаю без особых раздумий. Из двух оставшихся на Елизавету внешне похожа платиновая блондинка (масть воздуха), но мой взгляд отчего-то упорно соскальзывает с неё, возвращаясь к шатенке, чей знак — вода.
— Выбирайте, — повторяет гадалка.
— Только, пожалуйста, — говорю я с усмешкой, прикоснувшись к карте с "водяной" дамой, — не надо мне сообщать, за кого она выйдет замуж и скольких детей родит. Я пришёл не за этим.
— Будущее нам не откроется. Мы гадаем на прошлое.
Я собираюсь переспросить, как это понимать, но с удивлением обнаруживаю, что язык мне не повинуется; секунду спустя ощущаю головокружение и зажмуриваюсь от яркого света.
Умом я осознаю, что нахожусь во власти иллюзии, но чувства твердят иное: нет больше гадальной карты, а есть окно в человеческий рост, и виден берег реки, поросший травой. У кромки воды стоит шатенка в длинном старинном платье; меня она не замечает — её внимание приковано к молодому мужчине, который приближается к ней широким и быстрым шагом. Девушка хмурится — она, очевидно, не рада гостю. Её я вижу анфас, его — почти со спины.
Остановившись, он что-то говорит ей, но слов мне не разобрать. Мужчина настойчив; его собеседница возражает, держась с надменным спокойствием. Он обращается к ней с вопросом; её ответ легко читается по губам и состоит из одного короткого слова: "Нет".
Гость кладёт руку на рукоять кинжала, висящего у него на поясе.
Шатенка отступает на шаг, и река за её спиной вздыбливается, в мгновение ока исторгает волну высотой как минимум в сажень. Волна эта обрушивается на девушку сзади, но вместо того чтобы промочить с головы до пят и разлететься брызгами, обволакивает её тонким слоем, облекает в текучие переливчатые доспехи.