Между всхлипами она призналась нам, что все еще ненавидит его. Ей нужно было убить его, чтобы спасти нас, поэтому она толкала и толкала камни. Но в тот момент, когда камень размозжил ему голову, она поняла, что не хотела, чтобы это произошло. Она убила его, потому что была вынуждена это сделать. Но убить другого человека — неважно как: сбросить на него камень или столкнуть со скалы — значит омрачить свою душу. И это навсегда отделяет убийцу от тех, кто никогда никого не убивал. Однако любая из нас могла оказаться на ее месте. Я была благодарна ей и за то, что она спасла нас от Вековечного, и за то, что избавила от роли его палача. Я всем сердцем прочувствовала глубину ее горя, представила ее муки, когда она всю оставшуюся жизнь будет страдать из-за того, что сделала. И я вспомнила, о чем говорил мне Эдвард: «Убивая другого человека, ты наносишь и себе тоже непоправимый вред и несешь его последствия до конца своих дней».
Помело хотела, чтобы мы его похоронили. Она сказала, что непорядочно оставлять тело на съедение волкам и стервятникам. Но мы ее переубедили. Если кто-нибудь обнаружит его, то подумает, что Вековечный умер под оползнем, что это злая судьба, а не ее ноги, столкнула на него камни.
За лесом дорога вилась по горе. Выйдя с другой ее стороны, мы увидели темную пещеру, небольшое озерцо с водой и питающий его источник. Мы сразу скинули наши сумки, напились сладкой ключевой воды, потом умылись. Чуть поодаль возле темной дыры в горе бил еще один источник. Должно быть, это и есть тайное убежище Вековечного. Я остановилась в пятидесяти футах от пещеры и увидела сидящего спиной к нам человека: это был отшельник. На мгновение мне показалось, что он сейчас обернется и мы увидим, что это Вековечный. Я подняла с земли камень. То же самое сделала Волшебная Горлянка.
— Эй там! — крикнула она.
Никто не ответил. Волшебная Горлянка сделала несколько шагов к отшельнику и снова крикнула. Но фигура не шелохнулась. Тогда Горлянка повернулась к нам:
— Так я и думала: наш монах настолько долго медитировал, что обратился в камень.
Мы ускорили шаг, обошли камень и оказались в гроте. Из щели в одной из его стен бил ключ, вода стекала в валун, выточенный водой в форме чаши. Больше в пещере ничего не было. Никаких шкатулок с сокровищами. Не было даже места, чтобы присесть.
Волшебной Горлянке показалась подозрительной куча камней рядом с гротом. Она быстро разобрала ее, и мы неожиданно обнаружили за ней небольшую темную пещеру в два раза ниже человеческого роста. У ее входа лежала веревка. Горлянка ухватилась за нее и принялась вытягивать из пещеры что-то тяжелое, мы с Помело пришли ей на помощь. Я надеялась, что это не мертвое тело. Первое, что мы увидели, — бледных пауков, разбегающихся с крышки сундучка. Мы испуганно отскочили. Волшебная Горлянка сломала ветку и разогнала насекомых.
В сундучке лежали книги и десятки мелких свитков. Мы были разочарованы: где же наши украшения — кольца, браслеты, ожерелья, которые у нас забрал Вековечный? Помело развернула один из свитков. Это было стихотворение. Затем она вытащила и открыла книгу, которая содержала указы императора Цяньлуна. Я заметила на дне сундучка еще что-то: протянула руку и достала оставшиеся книги и две плоские шкатулки.
Одна была из твердой кожи и в длину не больше, чем книга. На ней имелось золотое тиснение с картиной, изображавшей внутренний двор дома и его обитателей. На шкатулке не было замка. Помело приподняла крышку, и я задержала дыхание: в ней лежали наши драгоценности. Я прикоснулась к своему золотому браслету, жемчужному ожерелью и кольцу из нефрита и бриллиантов, которое подарил мне Верный, а Волшебная Горлянка вопреки моему желанию отказалась продать. Она сказала, что это кольцо — словно счет в банке. Все, что мне нужно сделать, — помахать им перед Верным, и деньги польются рекой.
Волшебная Горлянка нашла свой серебряный браслет и золотые заколки. Помело тоже отыскала свои сокровища: бриллиантовую заколку, два золотых браслета, несколько колец и сережки из нефрита и алмазов.
— Должно быть, Обаяние тоже забрала свои драгоценности, — сказала Помело. — Она могла предположить, что мы никогда сюда не доберемся, но все-таки взяла только свои вещи. Она хороший человек.
Другая шкатулка была изготовлена из обычного дерева с бронзовой защелкой. Она оказалась гораздо тяжелее. Мы подняли крышку и одновременно ахнули: внутри лежали небольшие золотые слитки и тридцать три серебряных мексиканских доллара. Когда мы дойдем до города, расположенного за Рукой Будды, у нас будут деньги и на еду, и на ночлег, и на уважение!
Мы решили провести ночь в пещере. Несколько раз я просыпалась от ощущения, что надо мной стоит Вековечный.
Помело стонала:
— Он пришел за мной!
Я заверила ее, что это всего лишь ночной кошмар.
— Но я не сплю, — возразила она. — Я чувствую, что он стоит рядом.
