— Знаешь ли ты, почему я ее оставила? — спросила мадам у Волшебной Горлянки.
— Вы великодушно пожалели бедную сиротку и разглядели в ней будущие таланты. Мы вам чрезвычайно благодарны.
— Великодушие? Ха! Я оставила ее только из признательности к моей старой цветочной сестре. Золотой Голубке. Только поэтому. Много лет назад я осталась у нее в долгу, и она вспомнила об этом, когда переехала в Сучжоу.
Значит, теперь долг Золотой Голубки перешел ко мне. Мадам Ли пристально посмотрела на меня:
— Тебе лучше вести себя хорошо. Я не обещала, что ты останешься здесь навсегда.
Волшебная Горлянка выразила ей нашу благодарность, сказав, что будет хорошей наставницей и сопровождающей. Она стала уверять, что имеет опыт высококлассной куртизанки и была в десятке первых красавиц Шанхая.
Мадам резко оборвала ее:
— Довольно хвастовства. Слышать его больше не желаю. Оно не изменит ее происхождения — она останется полукровкой. И я не хочу, чтобы Вайолет хвалилась перед гостями, что она дочь Лулу Мими. Все насмехаются над мадам-американкой, попавшей в сети своего американского любовника, который оказался мошенником. Он сбежал из тюрьмы в Америке и попал в Шанхай.
Фэруэтер сидел в тюрьме?!
— Как вы это узнали… — начала я.
Горлянка ущипнула меня за ногу и сказала мадам:
— Как видите, в ее внешности уже не осталось ничего европейского. Никто ее не узнает. Мы назвали ее Фиалкой.
Мадам Ли нахмурилась:
— А зеленые глаза ты ей тоже перекрасишь? Как мы их объясним?
Но у Волшебной Горлянки ответ уже был наготове.
— Зеленые глаза могут стать ее преимуществом, — заявила она вкрадчивым голосом. — У великого поэта-художника Луо Пина были зеленые глаза, и он мог заглянуть ими в самые потаенные глубины души.
Мадам Ли фыркнула:
— А еще он видел призраков.
Она помолчала, а потом заявила:
— Я не хочу, чтобы в ее комнате висели картины с упырями. Они до полусмерти напугают любого мужчину.
В разговор вступила Красный Цветок:
Матушка, мы просто скажем, что отец у нее был маньчжуром и что его семья происходила с севера. У многих, кто живет на границе, есть примесь иноземной крови и глаза другого цвета. И мы можем сказать, что ее отец был высокопоставленным чиновником Министерства иностранных дел и что он умер. Все равно это достаточно близко к правде.
Мадам Ли посмотрела на меня долгим взглядом, будто прикидывая, сгодится ли их выдумка для моей внешности.
— Я не помню, чтобы Золотая Голубка рассказывала мне о ней что-то подобное, — наконец сказала она.
— Вообще-то, она говорила, что мать ее отца была наполовину маньчжуркой, а чиновником был ее дедушка. А ее отец — всего лишь большое расстройство для семьи. Но полная правда не станет ее преимуществом.
Маньчжурская кровь! Расстройство для семьи! Меня поразило, что Золотая Голубка рассказала им о моем отце. Мне она таких подробностей никогда не сообщала.
— Только не говори, что он работал в Министерстве иностранных дел, — добавила мадам Ли. — А то люди будут говорить, что девочка стала результатом его «дел» с иностранкой. Она говорила тебе, как его звали?
— Нет, мне не удалось узнать его имя, — сказала Красный Цветок. — Однако этого уже достаточно, чтобы превратить твой долг Золотой Голубке в хорошую возможность. Некоторые из наших клиентов до сих пор лояльны династии Цин. А так как императорская семья Цин из Маньчжурии, то история про ее маньчжурскую кровь может очень нам пригодиться. И еще — маньчжурские женщины не бинтуют ноги. Таким образом легко объяснить, почему у нее не маленькие стопы.
— Но нам нужно еще придумать легенду о ее матери, — сказала мадам Ли. — На тот случай, если до кого-нибудь уже дошли слухи.
— Можно и ее сделать наполовину маньчжуркой, — предложила Красный Цветок.
— Можем сказать, что она покончила жизнь самоубийством после смерти мужа, — добавила Волшебная Горлянка. — Знатная вдова, невинная девочка-сиротка.
Красный Цветок отмахнулась от ее слов:
— Сойдет и обычная история. После смерти отца младший брат проиграл все семейное состояние и оставил вдову с сестрой влачить нищенское существование.
Мадам Ли похлопала ее по руке:
— Я знаю, что ты все еще с болью об этом вспоминаешь. Но я очень рада, что твоя мать продала тебя именно мне.
Мадам Ли взглянула на меня:
— Ты слышала, что мы сказали о твоих матери и отце? Ты все запомнила верно?
Волшебная Горлянка быстро сказала:
— Я могу устроить ей экзамен, чтобы убедиться, что она запомнила все детали и не допустит ошибок.
— Она должна за месяц подготовиться к участию в своем первом приеме. Мы не будем на нем официально объявлять, что она — наша девственница-куртизанка. Она просто там появится, а слухи сделают остальное.
Я почувствовала себя так, будто она сказала, что я скоро умру.
— Не волнуйтесь, — успокоила ее Волшебная Горлянка. — Она хорошая девочка, и я выбью из нее все дурные наклонности, которые еще остались.
Мадам Ли сурово посмотрела сначала на меня, затем на нее, а потом расслабилась:
— Можете звать меня Матушкой Ли.
Когда она ушла, Волшебная Горлянка ущипнула меня за руку:
