– Зато я вижу, – в комнату заходит Хантер. Вид у него мрачный, если не сказать злой. Ему тоже хочется рыкнуть на меня и Джейдена, но брат сдерживается. – Им нужно ранчо. Им нужна земля, а не то, что на ней растет. Чем меньше у нас будет шансов расплатиться с рентой, тем в более ужасной ситуации мы окажемся. Прибыв в наш город, он предложил отцу двадцать ежегодных выплат, завтра предложит пятнадцать, а то и десять. Он подталкивает нас к пропасти. По моим скромнейшим подсчетам, сгорело не менее десятой части хлопка и, как сказал отец, пятая часть овец разбежалась койотам на корм. Мы подходим к черте, когда будем вынуждены продать все имеющиеся запасы в попытках сохранить ранчо.
– Грегори не такой… – зачем-то говорю я, признавая тем самым правоту Хантера. Ужасно хочется поговорить с Грегори. Да вот только… Вряд ли он в курсе.
–
Я не успеваю ничего понять, не успеваю дослушать. Перед глазами пляшут разноцветные круги, голова отказывается работать – и я просто начинаю падать. Я лечу на пол, даже не пытаясь удержать онемевшее тело.
Сильные руки отца и Хантера подхватывают меня до того, как зубы разлетелись бы по углам комнаты Джейдена. Они что-то говорят мне, но, осознав бессмысленность попыток достучаться до затуманенного сознания, подхватывают и куда-то несут. Как же странно наблюдать за всем, словно со стороны.
Зрение после вспышки фейерверков приходит в норму. Я осознаю: они донесли меня до спальни, уложили на кровать и оглядывают с ног до головы. По губам я разбираю пару бранных слов, а дальше перестаю всматриваться. Потолок пляшет в диком танце. Перед тем как упасть в бездну, я клянусь себе в двух вещах. Первая – ни за что больше не бросаться так отчаянно тушить пожары. Вторая – увидеть Грегори.
Мне нужно убедиться в его невиновности.
Нужно.
А следом меня настигает тьма.
Я смотрю на последствия пожара своей части поля и качаю головой. Это ужас, самый настоящий. Если Джейден не бахвалится, что ему пришлось отсекать больший кусок, чем мне и Хантеру, то его смелости стоит позавидовать. Рабы уже расчистили и проверили пепелище, надеясь избежать повторного возгорания. Оно возможно: жара опять несусветная, такая, что хочется прыгнуть в реку или забраться под камень.
Вокруг лишь пепел. Контраст между ним и белым хлопком режет глаз. Рей аккуратно ходит между рядами коробочек и водит мордой. Не знаю, что у него на уме, но гадать об этом не входит в мои планы. Я и в своих-то намерениях не разобрался. Пришел сюда, опираясь на палку, – оценить ситуацию, – перепугался и больше с места сдвинуться не могу.
С пожара прошло два дня, а от Грегори ни весточки. И куда пропал? Даже сердце сжимается, одно успокаивает: Грегори просто так не возьмешь. Не могу выбросить из головы рассуждения Хантера и Джейдена о Ридах. Хорошо, Грегори нет причин ни в чем подозревать, но весь этот хаос вокруг ранчо не дает покоя. Такой борьбы за нашу землю я не припомню. К сожалению, прямых доказательств поджога нет, а без них я даже смотреть на Ридов с осуждением не могу. В том числе поэтому я так жду Грегори. Он может хоть на что-то пролить свет.
От размышлений меня отвлекает Рей: он только что громко заржал и ринулся куда-то.
– Ты куда? Весь хлопок переворотишь! Рей!
Я разворачиваюсь, подумывая запустить в бесноватого коня палкой, но тут же замираю. Картина вроде непримечательная, я бы даже сказал, знакомая. Грегори бредет к нам, черт знает какими окольными путями. Его дурацкая привычка ходить не по главной дороге, а тропами рабов, иногда доводит меня до кипения.
Я глубоко вдыхаю, готовясь осыпать его проклятиями, но сдуваюсь через пару секунд. Обычная картина? Нет, что-то не так. Как правило, Грегори машет мне рукой издали. Да еще и кричит приветствия во все горло.
Но не сегодня.
Рей получает от него лишь одно ласковое прикосновение к гриве. Головы Грегори не поднимает и вдобавок хромает. Я замечаю это, стоит ему подойти ближе: он шагает с трудом, не поднимая глаз от хлопка.
Сердце начинает биться рвано, когда он рукой показывает мне на ближайший клен у кромки поля. Там тень, это насиженное место, скрытое от посторонних глаз и хлопком, и другими деревьями. Островок спасения. Например, Хантер частенько там прячется, негодяй.
По пути к клену Рей оставляет Грегори, дав нам возможность поговорить без его настырного вмешательства. А сам он, думаю, пока пересчитывает всех бабочек и стрекоз на поле.
– Грегори… Грегори, что случилось?! – Одно слово я шепчу, другие – кричу. Страх накатывает волнами. Может, я просто заразился его печалью?
Сгорбленные плечи, поникшая фигура, опущенная голова… и в целом Грегори выглядит грязным и помятым. Еще бы! Думаю, путь в несколько миль по жаре доконал его. Все больше паникуя, я хватаю его за руку и заглядываю в глаза.
– Пожалуйста, ответь, что случилось?.. Ты пугаешь меня. Грегори!
