В это время года раньше все было иначе: ярко светило солнце, птицы, как и рыбы, вели себя довольно активно, вся обстановка вокруг была, как это сказать, весенняя! Да, это поздняя весна: лед оттаял, рыбы проснулись для поиска пищи, и это толкнуло птиц на охоту. Но тогда все было по-другому. Мне стало дико интересно, я покопал и вот что нашел: “7–го мая 2040 года местные рыбаки обратились в cельское управление с жалобой на то, что стали свидетелями военных атомных учений подводных судов на территории Каспийского моря” – это вырезка из газеты тех лет. Но более интересно, что после инцидента газета закрылась, статьи удалили, а рыбаков объявили пропавшими без вести. Сегодня 11 октября 2045-го, и я точно знаю, что на Каспии творится что–то странное и происходит это каждый високосный год 7–го мая. Я продолжу наблюдать и как выясню что–то новое – обязательно напишу!».
Больше публикаций от «eagle.22» не было.
Узнавшие, а тем более рассказавшие об этом событии, долго не живут, поэтому надо было поторопиться и найти автора этой истории, пока он не отправился на корм каспийским рыбам.
Почему Иммануил не посчитал это очередной выдумкой очередного фанатика? Извращенное сознание и нездоровое воображение. На следующий день Иммануил находит, может быть, двадцатую по счету статью про Каспийское море.
Это был малоизвестный труд известного ученного-океанолога – Станислава Зуйского. Есть сторонники одной теории, до сих пор полагающие что Каспий – это лишь большое озеро. По их мнению, Каспий не может быть морем, так как не имеет выхода к океану, однако исследования Станислава Зуйского доказывали обратное. После серии погружений исследовательской группы под его руководством на западных побережьях были найдены подводные проливы, говорящие о связи Каспия с Черным морем, а то, в свою очередь, как известно, связано с Средиземным морем и далее – Атлантическим океаном.
– Два моря… Одно из которых – Средиземное… Конечно! – прозрел за день до своего прибытия в город Иммануил. – То, что было на Каспии, возможно, имеет отношение к Атлантиде! Нечто под водой наверняка идет в Атлантиду через эти подводные проливы!
Станислав Зуйский – лучший друг Иммануила – единственный близкий человек, оставшийся в живых. Он живет в Горьком. Именно к нему по этому делу и прилетел Иммануил, даже не подозревая насколько фантастичные и дикие выводы крутятся в его обезумевшей голове.
Денежных средств за последний год заметно поубавилось. Еще этот перелет… Вызывать такси до Стэна (так Иммануил называл друга) – дорого, можно и прогуляться. Правда, погода и время года не совсем подходящие, но пусть сейчас время будет дешевле денег. Все же час на неприветливых, холодных улицах – много, поэтому стоит сделать остановку в кофейне и согреться чем–нибудь горячим.
Станислав Зуйский родился в Чехии, родители – польские эмигранты. После череды переездов для Стэна была выбрана Хельсинская школа. Там он и познакомился с юным Иммануилом. После школы переезды возобновились вновь. Иммануил расстался с другом, а родители Стэна начали думать, в какой теперь стране их единственный ребенок должен получить высшее образование. За неимением денег пришлось вернуться к родителям – к бабушке и дедушке Стэна – в Польшу. Там, в городе Сопот, Станислав поступил в институт океанологии Польской академии наук.
Институт он закончил с отличием. Далее – повышение квалификации, командировки (в некоторых удалось встретиться с лучшим другом), завоевание своего места в науке. Водные просторы и их природа были страстью Станислава, и всю взрослую жизнь он посвятил морям и океанам. Его биография пестрит достижениями: научные работы о разнообразии глубоководной жизни мирового океана, статьи о структуре и активность глубоководных тектонических плит, диссертации, выступления на международных конференциях с докладом об угрозе исчезновения некоторых видов акул и моллюсков и т.д., и т.п.
Догадывался ли Стэн, что все его старания, призывы и, может, даже революционные заявления – всё это он делал для себя самого. Если нет, то говорить ему об этом никто не хотел. Семья, друзья, коллеги видели, с каким лицом он покидает очередную конференцию, видели это же синее от света монитора лицо перед письмом от академий наук и исследовательских центров со всего мира. Сначала это был гнев, подогревающий изнутри, потом отчаяние, а сейчас и вовсе полное безразличие. Труды Станислава Зуйского не могли мирно уживаться с идеями и политикой бюрократов. Столько рыболовных компаний потеряют деньги, если перекрыть морские пути из-за каких-то, как им казалось, локальных загрязнений – нефти и так мало, не обрезать же пути сообщения. Власть оказалась сильнее науки. Стэна еще раз поблагодарили за его научную деятельность, выписали премию и отправили в Россию в заслуженный отпуск.
***
