Мы вчера хоть и ничего не получили, но дошли до окошка. Оставляем для него проем в южной стене едва кирпича и двигаемся дальше. Половинками разбитых кирпичей очень удобно обкладывать проемы. В других местах мы скрепляем осколки раствором, придавая материалу условную цельность.
— А еще мы купили Кире модное платье, — продолжает Михаил.
На самом деле платье не лучше моего, если еще учесть, что Саша с Веней обещали купить мне новое, как только окончим строительство. А пока мы одеваемся в кирпичи. Мне нравится, как они постепенно закрывают нам ноги… бедра… талию. Потом доходят до груди. Вот они уже на уровне плеч. И становится проблематично укладывать следующий слой.
Потихоньку мы скрываемся от своих назойливых гостей. Те, кто приходит, вынуждены заглядывать в просвет окна, чтобы наблюдать за нашей работой. Нас любопытные лица в окне не смущают. Мы не отвлекаемся. Саша все время что-то подсчитывает. А Веня поет. Он запомнил свою мелодию и теперь повторяет много раз. Я пытаюсь подобрать слова, естественно, про дом, про кирпичи и про скорое заселение. Стены и печка уже выросли настолько, что очередной ряд, положенный на вытянутых руках и практически вслепую, грозит оказаться косым. Тогда Саша сажает меня на плечи и вручает мастерок, а Веня подает раствор. Теперь я главный каменщик, потому что легче всех.
На верхотуре дело движется медленнее. Саша торопит, у него план — въехать в новый дом до осени. Но к августу на последнем ряду неожиданно заканчиваются кирпичи. Приходится докупать и довозить.
К вечеру четвертого августа стены достигли своей окончательной высоты — двух метров двадцати сантиметров. Печная труба на метр выше. Это знаменательный день еще и потому, что сегодня произошло увеличение нашего индекса до 000030. Один номер дали за дополнительный участок, три — за печь и шесть — за сами стены.
— Тридцатый коэффициент — это совсем немного, — рассуждает Саша. — Для хорошего дома его недостаточно. Так что расслабляться нельзя. До осени осталось ровно двадцать шесть дней. Завтра же будем закупать доски для пола.
Привезти из города массивные доски, метр восемьдесят длиной, оказалось целой проблемой. Требовалось ни много ни мало пятьдесят штук. Плюс еще столько же на потолок. В тачке они не умещались, в руках все не унесешь. Снаряжаем всех знакомых, включая Асю с Викой, и волочем — кто на плечах, кто в руках, кто на спине. Саша с Веней катят тележку, груженную десятью досками, которые я придерживаю, обегая с разных сторон. В пять заходов мы доставляем весь материал, а заодно покупаем и молоток с пилой. Благодарим помощников. Все, дальше мы сами.
Приступаем к укладке пола. Закрепляем лаги на фундаменте вдоль стен и стелем нижний пол. Потом верхний. Пространство между полами заполняется всяким сором — паклей, опилками, ветками. Надеюсь, они утеплят нас. Пол получается гладким и прочным, хоть танцуй. Возня с потолком занимает еще несколько дней. Сначала с внутренним перекрытием, потом с внешним, чердачным. Мы прибиваем обшивку поперек лаг.
— Не понимаю, почему нельзя отложить этот дом до весны? Накупим теплых вещей и перезимуем в старом. Куда спешить?
Я сижу на верхотуре, свесив со стены ноги, подпирая тазик с раствором, и у меня уже кружится голова. Плюшка раствора смачно шлепается на пол и растекается на чистых досках. Ребята бросают все и принимаются ее оттирать.
— Завтра первый день осени! — сердито отзывается Александр. — Ты хочешь ночевать весь сентябрь на улице?
Для него в старом доме — это все равно что на улице. Но вот в один прекрасный вечер забивается последний гвоздь. Это событие, конечно, стоит отметить, но у нас нет сил, и мы просто ложимся на пол в новой кирпичной коробке. Надо выспаться хотя бы денька два… Однако встали мы уже на следующее же утро с желанием снова поработать на благо нашего будущего.
— Что мы будем делать сегодня? — спросил Веня, возвратившись из маленького домика. Он зачеркивал там вчерашний день.
— А что ты предлагаешь?
— По-моему, дом вполне готов, чтобы присвоить ему номер.
— Ты совершенно прав. Идем за краской.
Одевшись в свитера, поскольку уже похолодало, мы отправляемся в город. По пути заглядываем в сторожку.
— Почем нынче потолки?
— Два индекса, — отвечают ее обитатели, приглашая войти. Раз от раза они с нами все любезнее, и улыбки все шире, скоро дойдут до самых ушей. Но и журнал наш день ото дня становится весомее. Там уже внесено два номера за двойной пол, и вот теперь записывается потолок.
— За отличный двухъярусный потолок с утеплением всего два номера?! Это чистая обдираловка! Ну добавьте еще один.
— Не положено, — улыбаются те. — На все свои расценки.
— Мы столько трудились!
— Это ваши проблемы.
Мы выходим несколько разочарованные, но не расстроенные. Ко всему привыкли. Ничего, в городе закрепим наши достижения новыми покупками: краска, заглушки для дымохода, заслонки и конфорки для печки.
Веня наизготовку у южной стены с баночкой белой краски в одной руке и пучком веток в другой.
— Что писать? — спрашивает шутливо.
— Да ну тебя! — мы с Сашей заняты делом — выметаем сор из дома.
