Благодаря таблеткам Энди осталась жить с нами, хотя мать грозилась выгнать ее из дома, когда стало ясно, что сестра не собирается возвращаться в колледж. Мама сказала, что Энди уже взрослая и ей пора бы вносить свою лепту в оплату счетов. Энди устроилась на работу на дому телефонным представителем службы поддержки клиентов в универмаге, но, когда кто-то начинал на нее кричать, что неизбежно случалось, она терялась и не знала, что сказать. В общем, скоро все это закончилось, потом Энди перестала принимать лекарства, и моя мать указала ей на дверь, пояснив, что в этом доме ей больше не рады. Я считала, что мама слишком сурово обходится с моей сестрой, и собиралась оспорить ее решение, но тут как раз отец подарил мне недвижимость. И мы с Энди уехали, сохранив тонкую нить отношений с матерью.
В ту первую зиму в Гринпорте мы чувствовали себя как два маленьких ребенка, которых родители впервые оставили дома одних. Только это был наш собственный дом. Мы надели на себя всю одежду, которую привезли из Куинса, и грелись у огня день и ночь. Мы мечтали о том, каким станет этот дом. Энди хотела обрести место, где чувствовала бы себя в безопасности. А я хотела, чтобы он стал еще и моим наследием и приносил прибыль. Вместе с Эриком мы спроектировали и то и другое.
Я надеялась, что, когда мы повзрослеем, со временем Энди расскажет мне о том, что произошло той ночью, о том ужасном, о чем не говорят младшим сестрам. Миновал мой восемнадцатый день рождения, двадцатый, я стала успешной бизнес-леди, но так и не узнала всей истории. С годами я догадалась, что у сестры были неподобающие отношения с профессором, которые закончились плачевно. Но не чувствовала необходимости ворошить кошмарные подробности печального прошлого, пока мы были вместе и двигались вперед. Я не думала, что все станет еще хуже, когда мы покинем город.
– Рини, тебе что-то нужно? – спрашивает мама.
Пчела жужжит вокруг букета подсолнухов на фермерском рынке.
– Нет, просто хочу узнать, как твои дела. Где ты?
– Сейчас лето, так что я на Гавайях. Скоро буду переезжать.
– Ханалей-Бей?
– В этом году я собираюсь на Мауи.
– Мне не хватает твоих советов по гостеприимству.
Мама вздыхает:
– Мне жаль, что наш последний разговор закончился не так, как ты хотела.
– Берешь, что досталось… – парирую я.
Я снова позвонила маме через несколько недель после того, как экстрасенс сообщила мне дату смерти, на этот раз с просьбой о помощи, что, как я теперь понимаю, было неразумно. Моя мать – упертый Телец, и ничего с этим не поделаешь. Тогда я отключилась и решила какое-то время не звонить не потому, что разозлилась, а чтобы дать ей привыкнуть к тому, что от меня подолгу нет вестей. Идея, конечно, дурацкая. Игнорируя маму, подготовить ее к моей внезапной смерти точно невозможно.
– Ну, если тебе действительно нужны идеи, их у меня полно. Дела идут не очень?
– Нет, вовсе нет. Дела идут отлично.
Я чувствую себя немного виноватой, но не так уж трудно скрыть от мамы предсказание экстрасенса. Было бы садизмом сказать: «Эй, мам, знаешь что? Я завтра умру». Особенно если в прошлый раз она категорически отказалась касаться этой темы. Поэтому несколько минут мы болтаем о гостеприимстве, – так хорошо забыть о неминуемой смерти и своих пошедших прахом планах.
– Что ж, малышка, всегда приятно слышать твой голос. Мне нужно ехать на другой конец острова на свою смену.
– Было здорово наверстать упущенное, – говорю я.
– Да, было здорово. Надеюсь, не случится паузы еще в несколько месяцев?
– Конечно, – вру я, а горе сжимает мне горло. – До свидания, мам.
Я борюсь с желанием сказать что-нибудь еще – что угодно, – лишь бы она не вешала трубку. И жду, пока она не отключится, зная, что не смогу сделать это сама, потом сую телефон в карман и собираю свои отобранные цветы, чтобы отнести их на кассу. От Эрика по-прежнему ничего.
– Дни этих прекрасных розовых бегоний сочтены, – говорит владелец. – Вы уверены, что не хотите взять еще? Они погибнут от жары.
– Почему бы нет?
Долгое время, размышляя о неизбежной ранней кончине, я вспоминала свою сестру. Приехав за пополнением фонда библиотеки «Звездной гавани» в книжный магазин в Саутхолде, я заметила научно-популярную книгу о загробной жизни. Я купила ее и проглотила за одну ночь. Она заставила меня громко смеяться в темноте, в одиночестве в своей постели. И это было лучше, чем плакать. А еще мне стало любопытно.
Поскольку маловероятно, что я сумею уловить приближение смерти, чего мне ожидать в тот момент, когда она настигнет меня? Компьютер не выключается мгновенно – для проверки попробуйте завершить работу с тридцатью пятью открытыми вкладками и десятью запущенными приложениями. Для завершения каждого процесса, одного за другим, требуется довольно много времени.
