Онлайн-образ Эйми как мамочки-инфлюенсера, как правило, не имеет ко мне никакого отношения. Она работает с девочками, используя штатив с подсветкой и автоспуск. Пожалуй, она ни разу не просила меня о помощи, даже в самом начале.
– Я не могу быть мамой без папы моих деток. По крайней мере, так говорят рекламодатели, которые мне отказали. Им нужно больше снимков счастливой пары, – объясняет она.
Теперь в этом есть смысл. Она не хочет, чтобы я вмешивался, но знает, как развести парней с деньгами.
– Садись, – говорит она.
Эйми садится рядом со мной, пристраивает свой телефон на столик между нами и кладет наши руки на мой подлокотник. Ее обручальное кольцо сверкает в лучах заходящего солнца. Через несколько секунд она наклоняется и целует меня.
– Нет, – возражаю я.
– Давай встретимся на полпути, – предлагает она.
– Это так надуманно.
– А твои романы настоящие?
В другое время и в другом месте я бы ответил на ее подколку. Конечно, в некотором смысле мои романы – игра воображения, но в них должна быть доля правды, иначе книга провалится. Эйми это знает, что меня и беспокоит. Она не понимает: между нами не осталось ничего настоящего. Мы по уши увязли в фальши.
Я никак не реагирую. И по какой-то причине, которую не могу постичь, берусь ей подыгрывать. Принимаю расслабленную позу и слегка наклоняюсь к ней, не отрывая глаз от океана. Эйми изящно изгибается и целует меня в щеку. Ее телефон беззвучно фиксирует все происходящее. Я раздражен тем, что Эйми втянула меня в эту игру, но она серьезно относится к своей карьере, что вызывает уважение.
– Ладно, еще один кадр, – говорит она.
Я смотрю на нее, ожидая сигнала, и она обхватывает мое лицо руками. Она целует меня в губы, проникая языком в мой рот. Даже не пытаясь противостоять, я теряюсь в поцелуе, таком сладком, нежном и прекрасном. Потом резко отстраняюсь и бросаю взгляд через плечо на Иден. Она все еще сидит на коленях у Рика, продолжая играть свою роль в этом спектакле жизни.
– Давай посмотрим, что получилось, – предлагает Эйми, пролистывая снимки в телефоне.
Это сигнал, что я могу идти.
– Ну, я пошел.
Я встаю, прихватив свой нетронутый бокал с вином, возмущенный властью Эйми надо мной. Властью, которая заставила меня забыть о ее жестокости. Властью, которой я хочу обладать.
– О нет, ты должен это увидеть. – Эйми хватает меня за руку и притягивает к себе. – Это идеально.
Она сует мне под нос телефон, и фотография приковывает к себе мой взгляд. Эйми не преувеличила, используя слово «идеально». Освещение потрясающее. Наши силуэты кажутся черными на фоне яркого солнца. Сквозь контур пухлых губ Эйми, чувственных и привлекательных, просвечивает одинокий лучик. Ее рука, обхватывающая мое лицо, – жемчужина в короне интимности.
– Пусть любовь просвечивает нас насквозь, – говорит она. – Это подпись.
– Да, именно так, – соглашаюсь я.
Я предпочитаю напечатанные слова, а Эйми рассказывает визуальные истории. Эта история похожа на сказку. Она смотрит на меня снизу вверх, и лед между нами покрывают трещины. Я улыбаюсь от гордости.
Что сказать? Она хороша, она просто молодец. Если бы мы были такими, как прежде, я бы никогда не влюбился в Иден. Но я не могу доверять Эйми. Эта фотография. Этот момент. Этот продуманный образ.
Какая-то часть меня возмущена намеками Эйми на то, что она может повлиять на события, которые полностью находятся вне ее контроля. Что она способна бросить вызов судьбе… Как? Игнорируя? Затыкая уши пальцами и напевая: «Ла-ла-ла-ла»? Но, по правде говоря, больше всего меня злит, что она, кажется, о чем-то догадалась. И похоже, отлично разбирается в социальных связях, потому что я отчаянно хочу последовать ее примеру. Могла ли я изменить свою судьбу до того, как обратилась к экстрасенсу шесть месяцев назад? Не слишком ли поздно теперь, когда стала известна дата моей смерти?
Эйми сказала бы, что никогда не бывает слишком поздно. Я отбрасываю гордость и желание защитить Эрика и звоню ему. Он отвечает, и я не колеблюсь.
– Пожалуйста, приезжай! – прошу я. – Дело вовсе не в балках.
– Вообще-то, я внизу, на дороге. Заканчиваю работу, – просто говорит он. – Скоро буду.
На этот раз я хочу рассказать ему все. Если кто и может изменить мою судьбу, так это моя вторая половинка.
В тот момент, когда я впервые увидела Эрика, время остановилось. Я заметила его смеющееся лицо с расстояния десяти футов в воскресный день на местном концерте под открытым небом на пристани. Не знаю, почувствовал он мой взгляд или нет, но посмотрел на меня со своего места за столиком. Он был с компанией друзей, а я у входа обсуждала скидки с поставщиком вина. Мы с Эриком синхронно закрыли глаза. Не нужно ничего знать об астрологии, чтобы понять, что родственные души читаются по глазам. Я видела и чувствовала это. Между нами существовала связь, которая выходила за рамки этого дня, этой жизни, этих тел.
