– Нет, но я хочу все сделать правильно. Мне не нужно, чтобы она начала мстить или использовала девочек.
Иден обдумывает мои слова, признавая их определенный вес. Кажется, она понимает, что я мыслю стратегически, а не как влюбленный подросток. И к сожалению для нее, я действительно так мыслю, то есть передумал и готов сохранить статус-кво.
– Ты же знаешь, я не хочу причинить вред твоей семье, – говорит она.
– Конечно знаю. Эйми – ее часть.
– Я воздержусь от комментариев, но мы должны оставаться на одной волне.
Иден целует меня, но я не чувствую душевного или иного подъема. Случилось что-то скверное. Возможно, недавняя стычка с Марго выбила меня из колеи сильнее, чем я хотел бы признать. При первых признаках ссоры я отгоняю навязчивые видения печального развода и сестры-воспитательницы, а не сестры-жены.
– Адам?! – Словно в ответ на призыв по темному дому разносится сценический шепот Марго.
Я рефлекторно отталкиваю Иден. Она соскальзывает с тумбы, но я ловлю ее на лету.
– Я должен сходить и узнать, чего она хочет, – говорю я, испытывая облегчение оттого, что Иден перестала на меня давить.
– Хорошо, – произносит она, хотя по ее тону я понимаю, что это совсем не хорошо.
Иден хмурится, когда я ускользаю.
После нашей с Рини беседы я увожу Теда наверх, подальше от игрового зала и Рика, чтобы сообщить ему хорошие новости.
– Она сказала, что через девять или десять месяцев у меня родится ребенок. – Я потираю запястье и одновременно открываю приложение Ava на своем телефоне. Все данные в норме. – Эта штука действительно должна сообщать и о беременности, а не только о пике фертильности.
– Что? Кто? – спрашивает Тед, сбитый с толку моими бессвязными речами.
Он садится на кровать, а я закрываю приложение, снимаю золотой браслет, который надевала на обед, и кладу его на стол.
– Рини. Она показала мне у костра мой гороскоп. По сути, она сказала, что я беременна.
– Подожди, ты же говорила, у тебя месячные начались?
– Я ошиблась. Помнишь, я говорила тебе, что кровянистые выделения при имплантации – это нормально?
– Да, но ты также говорила, что с тобой такого никогда не случалось.
– Ну… на самом деле до имплантации дело и не доходило. И даже если сейчас это не она, все произойдет в следующем месяце. Почему ты со мной споришь? Я думала, ты порадуешься.
– Я просто не хочу, чтобы ты питала большие надежды из-за болтовни какой-то ведьмы, показавшей тебе на звезды.
Вот в этом-то и проблема. Тед изначально просто хотел провести уик-энд в роскоши, играя в гольф или еще во что-то, рассчитывая расслабиться и подзарядиться энергией. На астролога ему было плевать. А теперь ее затеи его раздражают.
– Почему ты не даешь мне хотя бы каплю надежды? Это причиняет кому-нибудь вред? – Я скрещиваю руки на груди. – Почему ты так нервничаешь?
Тед опускает голову на руки:
– Я совершил нечто ужасное. И скрывал от тебя.
«Интрижка, интрижка, интрижка», – гремят барабаны в моей голове. Не потому, что Тед давал мне хотя бы малейший повод подозревать его в неверности, просто сегодня известие о другой интрижке застигло меня врасплох. Я откидываюсь на спинку стула, чтобы не упасть. И едва не останавливаю Теда, сказав жалобное: «Что бы это ни было, я не хочу этого знать».
– Но раз речь идет о беременности… – добавляет он после паузы. – Мы оба проходили обследование, и врачи не выявили у нас никаких патологий. Медицинская причина, по которой у нас до сих пор нет ребенка, не установлена.
– Верно, – киваю я.
– Доктор спрашивала тебя, была ли ты беременна раньше. Но она ни о чем не спрашивала меня. Меня никто не спрашивал. Хотя это и не оправдание моему молчанию.
– Я запуталась. Я сказала «нет», и это правильно. Я бы знала, если бы залетела хоть раз.
– Я пытаюсь сказать, что беременность была.
– От тебя? – Сердце замирает, когда Тед опускает голову и кивает. – Как? Когда?
– В Йеле. Почти двадцать лет назад. Хотя я уверен, это не имеет никакого отношения к тому, что происходит сейчас.
– И где-то растет твой ребенок?
– Нет-нет, мы заблаговременно сходили в клинику.
Я испытываю смесь облегчения и разочарования, что меня удивляет.
– Это было ваше совместное решение?
– О да. Мы были слишком молоды, чтобы растить ребенка. Это было бы катастрофой по многим причинам. Поверь, это не какое-то громкое признание. И жалею я не о том аборте, а что не признался в грехах молодости раньше.
– А почему ты говоришь мне об этом сейчас?
– Вчера вечером этот дурацкий астролог сказала кое-что о моей сексуальности, о том, как я решаю проблемы в постели.
– А ты не лицемеришь? Советуешь мне не верить предсказанию Рини о моей беременности, а сам действуешь в соответствии с тем, что она тебе говорит.
– Дело не в астрологе и не в моей бывшей девушке, дело в нас. Просто теперь я смотрю на некоторые вещи по-новому, вот мне и пришло в голову: вдруг то, что я скрывал от тебя ту давнюю историю, нам мешало.
– Кармически? Ты же не веришь во всякое такое.
– Но ты, кажется, веришь. А я верю тебе и в тебя. Больше, чем во что-либо другое.
