Мы трое связаны гораздо крепче, чем я могла себе представить до нашего астрологического ретрита. Даже когда Марго с малышом покинут наш дом, я надеюсь, они обоснуются где-то рядом, и не только потому, что люблю свою невестку и свою будущую племянницу или племянника, но и для того, чтобы убедиться, что ее суждения не будут такими туманными, как в случае с Тедом. Я буду держать ее глаза широко открытыми. Лучшее, что я вынесла из «Звездной гавани», – это здоровую дозу скептицизма.
Требование Марго провести расследование убийства в связи со смертью Теда было удовлетворено, но само это расследование оказалось безрезультатным. Я во всеуслышание заявила, что поступок Рини был поистине героическим. Другие свидетели – Адам, Эйми и Фарах – в основном молчали, каждый по своим причинам, но даже в результате жесткого допроса убедительные доказательства того, что события трагического вечера были чем-то бóльшим, чем просто ужасным несчастным случаем, спровоцированным алкоголем и бушующим тропическим штормом, получены не были. Я полагаю, это судьба.
Марго, конечно, рассказала длинную неприятную историю о том, что произошло в тот день. Полиция пыталась отнестись ко всему серьезно, но Марго сама выставила себя ненадежным свидетелем, а ее провалы в памяти в тот уик-энд и ее безутешное вдовство только усугубляли сомнения. В конце концов ее история о невидимых связях и хитроумных актах мести, хотя и была признана захватывающей, обвинению не понравилась.
«Напишите роман, – сказал ей детектив. – Я слышал, это терапевтическое средство».
Думала ли Марго когда-нибудь об этом, она не сказала. Но меня идея зацепила. Моя тревожная история почти готова выплеснуться наружу. В течение первых нескольких недель я задавала себе вопрос: была ли гибель Теда справедливой? Заслуживал ли он смерти за то, что сделал со мной десять лет назад? Или за то, что спустя столько лет отказался признать свою неправоту и понести ответственность за последствия своих действий? Или за то, что бросил меня в море с намерением утопить?
Заслуживал ли Тед смерти вообще?
Я не знаю, как ответить на этот вопрос. Но знаю, что не заслужила того, что он со мной сделал. Мы не всегда получаем то, что заслуживаем, хорошее или плохое.
Готовность моей сестры пойти на смерть ради меня навсегда изменила мою жизнь. Уже на следующий день, проснувшись, я поклялась управлять «Звездной гаванью» так же, как это делала она, стараясь при этом поменьше мешать ей. Благодаря поддержке и молчаливому покровительству Эрика я становлюсь сильнее с каждым днем. Я смирилась с тем, что никогда не смогу доверять незнакомцу, но поняла, что противостоять миру – плохая идея. Гораздо важнее доверять самой себе. Я бы и пытаться не стала, если бы Рини не рискнула ради меня своей жизнью, и теперь потихоньку учусь. После нескольких пробных заездов по частным приглашениям «Звездная гавань» официально открылась на зимние каникулы, и у нас уже все занято. Возможно, я не такая любезная хозяйка, как моя сестра, но, поработав под ее началом в течение семи лет, я почти так же уверена в себе, как и она. Первые отзывы в подавляющем большинстве положительные.
– Сегодня утром началось бронирование номеров на Новый год, – сообщаю я Эрику, забираясь в его пикап. – Мы развязали войну предложений.
– Сколько групп приняло участие?
– Шесть. В итоге мы уложились в пять тысяч долларов за ночь.
Эрик тихо и протяжно свистит.
– Это все для нее, – говорю я.
Канун Нового года – долгожданный уик-энд возвращения Рини. Начиная со следующего календарного года мы будем управлять «Звездной гаванью» вместе. Мы с Эриком входим в реабилитационный центр, но он мешкает в коридоре, давая мне возможность поприветствовать ее первой.
– Ты готова? – спрашиваю я сестру.
Она кивает. Теперь мой черед оказать ответную услугу и позаботиться о ней.
В пятницу, накануне Дня благодарения, меня выписывают из реабилитационного центра. Я почти восстановила свои когнитивные способности, двигательные навыки и память. Все, что потеряла в день своей смерти. Который благодаря Фарах стал днем моего перерождения.
Иногда я представляю, как меня затягивает в ярко-голубую глубину под островом фантазий, влечет через мутно-зеленый пролив Лонг-Айленд, а потом через неисчислимое множество минут отсутствия я возвращаюсь в мир, где делаю свой первый вдох. Где-то в другом месте. Где-то посередине. Интересно, с чем можно сравнить ощущения, которые возникают, когда ты выскальзываешь из утробы матери? Шокирующе, холодно, но в конечном итоге радостно.
С тех пор как я вернулась, началась совершенно новая жизнь. Эрик сделал мне предложение в тот день, когда я открыла глаза. Я попросила его дать мне немного времени на размышление. Пошутила: номинально я еще новорожденная. Да, я люблю Эрика и хочу провести с ним всю свою жизнь, но планирование не мой конек. Во всяком случае, мои планы не из тех, что осуществляются.
