Женщина фыркнула. Улыбка на её губах померкла так же быстро, как появилась.
– И тебя не впервые поймала бы ведьма, да, книжный вор?
– Очень мило, что вы затронули эту тему. Становится всё труднее находить хорошие истории, которых мы ещё не знаем.
Потянувшись, как после долгого сна, женщина подавила зевок:
– Это и впрямь крайне огорчительно, Рето.
Он запихнул книгу в пальто и стянул с головы шапку. У него были длинные пепельные волосы – длиннее, чем у неё.
Расправив мощные крылья, на крышу опустилась громадная тень и громко заявила о своём присутствии.
Рето, невольно отпрянув, встал так, чтобы держать птицу в поле зрения:
– Этим вечером выступление мадам Морганы опять прошло успешно. Фиолетовый дым производит исключительный эффект.
Женщина, склонив голову набок, искоса взглянула на него:
– Дым – это твоя идея.
– Да, правда, но это не умаляет её значения. – Рето подул себе на кончики пальцев, сдувая пыль.
– Однако вставной номер в конце показался мне менее впечатляющим. Приглушённый свет снизу, напряжённая музыка, сниженный до шёпота голос – а затем провозглашается пророчество: тогда выступление получилось бы гораздо более достоверным.
Оттолкнувшись от стенки вагончика, женщина пошла к двери. Птица на крыше истошно вскрикнула. Достав что-то из кармана пальто, женщина подбросила это вверх. Крики стихли.
– Рето, батарейки магического кристалла закончились – будь добр, позаботься об этом.
– Это честь для нас, – ответил Рето с преувеличенным поклоном.
Она кивнула, словно ничего другого и не ожидала.
– А пророчество настоящее. Маленькая ведьма вернётся в Аркен, и одна ведьма умрёт.
Дверь за ней захлопнулась, и на кемпинг опустилась тишина.
– Я оставила ему уже пять голосовых сообщений. Думаешь, он перезвонит? – Самира, заправляя за ухо светлые пряди, заметила, что одно из колец на её длинных пальцах перекрутилось. – Честно, бесит, что он не отзывается! – Поправив кольцо, она посмотрелась в створку остекления зимнего сада – идеально ли оно теперь сидит на пальце. Искрящийся бриллиант чудесно шёл к её льдисто-голубым глазам и светлым волосам. Она откинула волосы на лоб, а потом подняла на затылке. – Расчесать на пробор или сделать высокую причёску? Как по-твоему?
На нетронутом снежном покрове виднелись только её следы. Несмотря на меховые сапоги и меховую оторочку куртки, ей было явно очень холодно, но родителям не нужно слышать всё, о чём она говорит. Они и так сильно паникуют из-за пропажи Рафаэля, и настояли, что сами отвезут её на праздник.
– Что ты сказала о серёжках? – Она плотнее прижала смартфон к уху, словно связь от этого может улучшиться. В Аркене о ней и речи нет, и даже здесь, в Гольдау, поговорить удавалось, только если очень повезёт.
Соединение внезапно прервалось. Закатив глаза, Самира вновь набрала номер подруги. Торфмор, конечно, отвратительная дыра, но там всё-таки есть связь.
– Да, дорогуша, опять Сеть пропала. Нет, он так и не написал. – Вскинув брови, она посмотрела на экран смартфона. – Ерунда, что с ним может случиться? Мы же в Аркене. Последнее убийство здесь произошло ещё до изобретения телефона. – Разговаривая, она шла по саду: ей непременно нужно было двигаться. Рафаэля это выводило из себя, но она никак не могла избавиться от этой привычки. – Что ты сказала? Лузер Титус тоже пропал? Да ну, этот наверняка прячется у себя под кроватью. Знает, что «Лисы» ещё предъявят ему счёт.
На линии что-то щёлкнуло. Она прислушалась и, подождав, потрясла телефон, после чего опять услышала голос подруги.
– Может, уже хватит читать эту чушь в «Фонаре»? Рафи уж точно не сидит ни в каком НЛО.
Самира всё шла по обширному саду, состоящему из прямоугольного газона для игры в гольф, достаточно просторного для того, чтобы там мог приземлиться маленький джет, и двух буков. Сад вплотную примыкал к Аркенскому лесу, и ребёнком, гуляя в зимнем саду, она ждала, что из леса выйдут косули, для которых она оставляла хлебные корки. Всё закончилось, когда об этом узнал отец: он не хотел, чтобы «твари» глодали его буки и гадили на его газоне.
С телефоном в руке Самира уже добралась до ближайших деревьев в лесу. Тряхнув одну из еловых веток, она смотрела, как струится на землю снег.
– Что? Нет! Лёд слишком толстый, не провалишься. Могу поспорить, что он у этой чёртовой Ребекки и выключил телефон, чтобы я об этом не узнала. Я же видела, как она с ним заигрывает. Если он действительно у неё, то ещё пожалеет, что не свалился в озеро. – Она язвительно рассмеялась и, подняв телефон к лицу, посмотрелась в экран проверить причёску. – Ты же не думаешь, что друзья сдадут его, если он у другой… Погоди-ка. – Отведя телефон от уха, она посмотрела в сторону леса. Там что-то двигалось. Может, косуля? А теперь всё опять стихло. Нет, ничего там нет. Самира повернула к дому: на улице всё равно слишком холодно. – Да стоит ему увидеть мой прикид, он о Ребекке и думать забудет, – она повернула в сторону старинного особняка родителей. Маленькими башенками и эркерами он напоминал сказочный замок, где она была принцессой.
