– Да ну, – махнул рукой домовой. – По моей заявке они приехали бы только через неделю. Их позвал Мастрикин. Ему-то небось коллег пригласить сподручнее. Сам он, кстати, тоже здесь. Видишь, артефакты ребятам раздает?
Присмотревшись к чародеям, я действительно отыскала среди них соседа с шестого этажа. В отличие от других мужчин, Мастрикин был одет не в форменный костюм, а в обычные джинсы и ветровку и действительно раздавал магам какие-то предметы, упакованные в плотные полиэтиленовые мешки. Заметив, что за ним наблюдают, Виталик махнул нам с Аристархом Семеновичем рукой.
– Я сообщил Глафире, что по нашему двору бродило умертвие, – сказал домовой, помахав Мастрикину в ответ. – Она приедет сегодня вечером. А завтра мы проведем общедомовое собрание. В восемнадцать ноль-ноль приходите с Петром Егорычем к беседке у родника. Будем думать, как жить дальше.
Некромаги уехали через полчаса. Принципиальной разницы «было – стало» после их работы я не ощутила, отметив только, что дышать стало легче и как-то свободнее.
Остаток дня прошел без скандалов, потопов и пожаров. Я спокойно сделала намеченные дела, дождалась с работы Белецкого, сходила с ним на вечерний променад.
– Тебе не кажется, что вокруг что-то изменилось? – спросил Петя, когда мы укладывались спать.
– Сегодня приезжали некромаги, – сказала я. – Устанавливали во дворе магический контур.
– Контур я видел, я имею в виду другое, Алиса. Все вокруг будто затихло и замерло. Как перед дождем. Или перед бурей.
Я в ответ улыбнулась и, пожав плечами, предложила ему рассказать о своем предчувствии на завтрашнем собрании. Потом поцеловала его в нос и пожелала хорошо выспаться.
А ночью мне приснился сон.
Я снова стояла в коридоре с бесконечным множеством окон-зеркал, и рядом со мной снова был Евгений Рейт.
– Привет, Огонек. Давненько мы с тобой не виделись.
По стеклянному полу стелился туман. Его клубы напоминали щупальца огромного спрута.
– Зачем ты преследуешь меня, Женя?
– Я не преследую, я хочу поговорить.
– Разговоры с тобой всегда чреваты неприятностями.
– Ты ко мне несправедлива, Алиса. Разве ты знаешь, что конкретно я хочу сообщить? Я бы мог побеседовать здесь, но мне сложно проецировать себя в твои сны. Убери чары хотя бы с одного зеркала. Между нами будет стекло, оно не даст мне втянуть тебя в неприятности.
Рейт протянул руку, чтобы дотронуться до моего плеча, но его ладонь прошла насквозь. Я отшатнулась и бросила случайный взгляд в одно из окон-зеркал. В нем виднелся кусочек нашего двора – старые качели, скамейка у детской площадки, кусочек газона и несколько тюльпанов с расположенной рядом клумбы. Примерно то же самое я видела из окна нашей кухни, только в более расширенном варианте.
– Тебе нечего бояться, Алиса, – сказал дракон. – Клянусь небом и огнем.
Я хотела ему ответить, но не успела. Все вокруг потускнело. Рейт посмотрел на меня долгим серьезным взглядом, а потом растаял в воздухе.
На общедомовое собрание соседи-колдуны явились в полном составе, за исключением разве что младших Сорокиных, а также Гены и Сибиллы Генриховны, уехавших в отпуск. Даже Мастрикин, обычно игнорировавший любые подобные сборища, пришел к источнику вместе со всеми.
Глафира Григорьевна, как и обещала, вернулась домой накануне вечером и теперь тоже была на месте. Я обратила внимание, что колдунья выглядит моложе, чем обычно. Волосы ее по-прежнему были седыми, но с лица пропали все пигментные пятна, значительно убавилось морщин, осанка стала ровнее, горделиво расправились плечи.
– У меня для вас две новости, соседи, – сказала Глафира, когда мы уселись на скамейки. – Как обычно – хорошая и плохая. Сначала плохая. Вы наверняка заметили, что в последнее время и в доме, и на территории ЖК возникают неприятные ситуации. Так вот, дальше будет хуже. Теперь хорошая: в начале июля все прекратится и жизнь вернется в привычное русло.
Чародеи переглянулись.
– Я правильно понимаю, перемены связаны с корнями Перунова цвета? – поинтересовался Петя.
– Да, – кивнула Глафира Григорьевна. – Сегодня я весь день изучала магические потоки, проходящие через наш двор, и заметила, что они изменили вектор и теперь текут по другой траектории. На самом деле, этот процесс начался несколько недель назад, когда рядом с домом укоренились Жар-цветы. Тогда искривление было небольшим и в глаза почти не бросалось. Теперь же оно видно невооруженным взглядом. Магия живой воды по-прежнему накрывает жилищный комплекс куполом, поэтому искривления происходят внутри него. Волшебство Жар-цветов вступает в конфликт с силами источника – они сталкиваются, и направление потоков сбивается. По мере роста папоротников сбои станут более серьезными. Это будет происходить до тех пор, пока не распустится и не завянет бутон. Ситуация осложняется и тем, что папоротников несколько. Если бы он был один, на чары родника это никак не повлияло бы.
– Но ведь пять из них – пустоцветы, – удивилась Марина.
