- Это вряд ли, - в голосе призрака промелькнула грусть. – Но я отвечу. Да, я узнал медальон. Трудно не узнать то, что создал своими руками. Это был мой последний артефакт, я торопился, заканчивая его, потому что понимал – отмеренная мне жизнь подходит к концу. Да, я торопился, ведь, став иллюзией, я не мог бы помочь той… кого любил.
- Уважаемый Имран, вы делали этот медальон для любимой женщины? – переспросил Шер, и Имран кивнул:
- Да. Я делал его для Решии. Мы никогда не говорили, но я понимал… После моей смерти Хоман и Решия покинут это место и, скорее всего, не вернутся. Мой дар иллюзора сделал Зыбуны относительно безопасными, но в большом мире… В большом мире слишком много опасностей. И даже при том, что колдовской дар Решии был очень силён… Женщины порой бывают такими беззащитными. Хоман… Он всегда мог постоять за себя. А вот Решия… Она была очень красивой девушкой, даже слишком красивой… И я решил сделать для неё такой амулет, чтобы никто, никто не смог обидеть её… И никто не смог бы овладеть ею без согласия. Я вложил туда много сил… но мне было всё равно. Я хотел обезопасить Решию.
- Ты любил её… - сказал я, не спрашивая, а, скорее, утверждая.
- Любил, - согласился Имран. – Но не как свою ученицу. Как женщину. Мне кажется, что дай я хоть малейший намёк – и наши чувства были бы взаимны. Но я постарался сделать так, чтобы Решия никогда не узнала о них. Ещё и поэтому мне было столь мучительно умирать. Я понимал, что моя любимая достанется другому, но… я не имел права открываться ей. Не имел права привязывать её жизнь… к этой могиле. Решия была слишком молода, она имела право быть счастливой и любимой, а не оплакивать весь остаток жизни своё короткое счастье. Поэтому я сделал всё, что мог. После моей смерти Хоман и Решия ушли… И не вернулись. С одной стороны, это меня радует – возможно, они обрели своё счастье. С другой – я терзаюсь неизвестностью… А вдруг всё сложилось по-другому? Будь я живым – сказал бы, что эта неопределённость убивает меня. Но я не живой. И могу сказать только, что такие мысли заставляют меня страдать…
- Ты хороший человек, Имран, - сказал я. – И я думаю, что у твоих учеников… Ну, по крайней мере, у Решии, всё получилось. Ведь если артефакт передавался по наследству, то Шоусси – прямой потомок Решии.
- Это возможно, - согласился Имран. – Но артефакт практически бесполезен сейчас. Ты тоже смог взять его в руки, а значит, что смог бы и Шоусси. Неизвестно, как он к нему попал… Будь парень в порядке – его можно было хотя бы расспросить. Но сейчас… Вся надежда на то, что я смогу восстановить стёртую информацию, проникнув к нему в голову. Только так я смогу убедиться, что Шоусси – потомок Решии. Будь Решия моей кровной родственницей, было бы проще. Но сейчас остаётся надеяться только на это.
- Это займёт много времени? – спросил я.
- Не думаю, - отозвался Имран. – Максимум – до рассвета. Если не получится до этого времени, продолжать бессмысленно. Личность стёрта полностью. Это хорошо, что Шоусси уже успел заснуть. Ещё немного – и я попробую проникнуть к нему в сознание, но… Есть небольшая проблема.
Ну, так я и знал. Слишком уж гладко иллюзор излагал.
- Какая? – нетерпеливо спросил Шер.
- Я не живой, - ответил Имран. – Я иллюзия. И мне нужна подпитка живого колдуна. В противном случае ничего может не получиться. Нет, Матэ, ты не подойдёшь, слишком стар, я могу истощить тебя, а в твоём возрасте дар восстанавливается медленно. Так что остаётся кто-то из вас, мальчики.
- Я! – тут же воскликнул Шер. – Я помогу вам! С радостью! Мне жалко Шоусси!
Сейчас, разбежался. Что-то мне подсказывает, что для Шера это не безопасно. Имран, похоже, думал так же, потому что сказал:
- Извини, малыш, но к твоей помощи я предпочёл бы прибегнуть в самом крайнем случае. Твоя стихия – вода?
Шер кивнул.
- Вот, - наставительно сказал Имран. – Твой дар зреет медленно. Ты сможешь быть хорошим менталистом, но до этого должен пройти не один год. Сейчас же ты можешь навредить сам себе.
Я с облегчением перевёл дух и заметил:
- Остаюсь только я. Я – Огненный. Это – подходит?
- Вполне, - ответил Имран. – Тем более что задатки менталиста у тебя проявляются уже сейчас и Шоусси спокойно перенесёт моё вторжение, если рядом будешь ты.
- Это получается выбор без выбора, - усмехнулся я. – Сразу бы сказали, что в качестве помощника вам гожусь только я.
- Это ты сам должен был понять, - ехидно улыбнулся Имран.
- Считай, что понял, - отрезал я. - Что делать-то?
- Да ничего особенного, - ответил Имран. - Ложись рядом с Шоусси, возьми его за руку и расслабься. Впусти меня в своё сознание. А я попробую перескочить в сознание Шоусси. Как меня впустить, представляешь?
Это я знал. Кое-что дядюшка Матэ об этом рассказывал.
- Я должен создать вход, - сказал я.
- Правильно. Дверь, проём, арку… ты должен чётко это представить. А когда я появлюсь – вспомни, как и где ты последний раз видел Шоусси в собственном сознании.
- Понял, - вздохнул я. – Дядюшка Матэ, мы вообще-то хотели вам предложить в повозке переночевать… Но раз такое дело…
