- Жаль, что здесь лимонов нет, а то предложил бы тебе. А то больно уж физиономия у тебя довольная, Мирон… Куда с такой физиономией с работорговцем общаться…
Я вздохнул и убрал с лица улыбку. Дядюшка Матэ прав – не развлекаться едем.
После плотного завтрака дядюшка Матэ сказал:
- Сейчас мы с Мироном отправимся к Тулегену. Шоусси, Шер, вы собираете вещи, запрягаете в повозку тогруха и подъезжаете к «Цветку Сагиделя». Как только сделка состоится – наша задача покинуть город как можно быстрее. Всё понятно?
- Понятно, - отозвались Шер и Шоусси.
- Нужно рассчитаться с хозяином, - напомнил я.
- Не нужно, - отозвался появившийся рядом Боцман Бо. – Паренёк хорошую вывеску намалевал. Знатная вывеска, куда лучше старой. Так что ничего вы мне не должны.
Но я всё отсчитал несколько аштинов и подвинул Боцману.
- Не стоит. Нам может ещё понадобиться ваше гостеприимство, Боцман Бо. А вывеска… Считайте её нашим подарком. Правда, Шер?
- Правда, - ответил Шер. – Я люблю рисовать, и это доставило мне удовольствие.
- Возвращайтесь, ребятки, - улыбнулся Боцман Бо. – А то вы так и не успели увидеть красоты Шар-ан-Талира. Поверьте мне, они того стоят. Но вы правы - если ваше дело выгорит, то после этого вам лучше исчезнуть.
В общем, с Боцманом Бо мы распрощались самым сердечным образом и отправились в «Цветок Сагиделя». Стояло раннее утро, прохожих на улицах почти не было, и охранник на входе встретил нас не слишком ласково, с трудом подавляя зевоту:
- И куда вас несёт? Долго ещё до аукциона… Да и почтенный Тулеген отдыхать изволит…
- Разбуди! – жёстко приказал я. – У нас с ним личная договорённость.
Охранник попробовал было возразить, но я одарил его тяжёлым взглядом из арсенала покойного Скокаря, и он смирился с неизбежным, пропуская нас в гостиницу и бормоча:
- Ну, смотрите… Если что – то я тут ни при чём. Не хотел пропускать.
Но на это бормотание мы уже не обращали внимания. Цель, к которой мы шли так долго, была слишком близка.
Тулегена мы ожидаемо разбудили, и он с удивлением посмотрел на нас:
- Где горит? К чему такая спешка?
- Э, нет, уважаемый, - процедил я. – Нам совсем не хочется, чтобы жаждущие аукциона покупатели помешали нам. Мы договаривались вчера, что утром принесём деньги и получим Крылатого. Сейчас утро, деньги мы принесли. Выполняйте свою часть сделки, почтенный Тулеген.
Работорговец сморщился, как от кислого, но крыть ему было нечем. Тулеген накинул роскошный вышитый халат и заявил:
- Я приведу себя в порядок. Приготовьте деньги. Я пересчитаю. И если там окажется хотя бы одной тинтой меньше – сделка не состоится.
- Не стоит так волноваться, - улыбнулся дядюшка Матэ. – Мы прекрасно помним ваше условие.
Тулеген что-то раздражённо прошипел себе под нос и исчез в боковой комнатке, откуда вышел через пять минут уже полностью одетый и причёсанный. На его лице не осталось никаких следов раннего подъема, он был спокоен и собран, и я вдруг подумал, что это спокойное лицо очень неуловимо походит на другое, так дорогое мне. На лицо Шоусси. А это ещё что значит?
Но я решил, что это не значит ровно ничего. У матери Бан-Риона наверняка была родня, так что работорговец действительно может оказаться дальним родственником Шоусси, не зная об этом. Или, скажем, по какому-то колену родственником отца Бан-Риона. Что-то мне казалось, что история с Божеством, сходящим с небес, чтобы позаниматься сексом, не выдерживает никакой критики. Наверняка сами Нойоты к этому руку приложили… Точнее, не руку.
- Вот деньги, - сказал я, показав на выложенные на стол двадцать пузатеньких тяжёленьких мешочков. - И не сомневайтесь – здесь ровно двадцать тысяч.
Тулеген прикинул вес одного из мешочков, кивнул, но всё-таки высыпал на стол золотые полновесные тинты и начал пересчитывать. Мы переглянулись. Похоже, что работорговец действительно тянул время. Но поделать с этим мы ничего не могли – он был в своём праве.
Время тянулось медленно. Но, наконец, был пересчитан последний мешочек, и Тулеген кивнул:
- Всё верно. Я подготовлю передаточную запись.
Работорговец достал письменные принадлежности и написал расписку в получении денег за проданного раба. К счастью, для того, чтобы её заверить, оказалось достаточно подписи хозяина гостиницы, вызванного в качестве свидетеля, а то я уже опасался, что придётся искать нотариуса, а время уходило.
- Ну, что ж, - сказал Тулеген, когда все формальности были выполнены, - можете забирать свою покупку.
И он как-то злорадно улыбнулся. У меня тут же возникло ощущение какой-то вселенской пакости. Неужели поганый работорговец стуканул-таки Нойотам? Но нет, когда мы спустились вниз, всё было спокойно, и даже визитёров не прибавилось. Видимо, пересчёт денег, и оформление бумаг заняло меньше времени, чем мне казалось, и было ещё достаточно рано.
Тулеген кивнул привычно маячащему в углу охраннику, и тот отпер дверь.
- Прошу, - неприятно улыбнулся Тулеген, - ваша собственность ожидает вас внизу.
