— Может ты и прав, но знаешь, что сказал бы граф на твои слова?
— И что? — Гримо рыбкой ушел следом, в перекате подхватывая шпагу и снова становясь в стойку.
— Настоящий боец никогда не должен так говорить. — Макс атаковал его и некоторое время слышался только звон клинков. — А еще он говорил-не отвлекайся.
Гримо отскочил за стойку с оружием.
— Ну да, только Миледи все равно его никогда не слушала.
Тут дверь за его спиной открылась и он обернулся, чем сразу же воспользовался Макс.
— И почти всегда проигрывала. Ты опять мертв. — Макс хотел было продолжить лекцию, но увидел, что в дверях стоит дворецкий и замолчал. Жак приходил сюда только в чрезвычайных случаях. — Что случилось??
— Князь, вы не представляете! — Всегда невозмутимый дворецкий бурлил эмоциями.
— Спокойнее, прошу вас. Самое главное — он жив и здоров?
— Да.
Макс выдохнул и уже спокойно стал слушать Жака.
— Ко мне только что прибежала Селестина, наша служанка, приставленная в помощь к горничной этой стервы. Я еле смог ее успокоить. Она сказала, что граф заступился за нее, когда Горгона собиралась уволить ее за небольшую оплошность в работе. Мало того, он не побежал за ней следом, когда она на него надулась, а посмотрел на Селестину и улыбнулся своей странной улыбкой, а глаза на минуту стали снова серыми, как раньше!
Макс не спеша обдумывал новости.
— Похоже, мой приезд повлиял на него в лучшую сторону. Главное, не переборщить, понимаете?
— Ну почему вы не разрешаете нам помочь ему вспомнить? Почему сами ничего не делаете? Вы же его лучший друг! — Жак чуть не плакал. Макс с силой бросил шпагу в стену и она вошла в нее на пять сантиметров, так и оставшись торчать из обивки.
— Вы что думаете, мне легко? Да я с ума схожу, когда вижу его таким! Это просто невыносимо! Видеть, как жалкая тень моего лучшего друга бродит по замку, успокаивать всех и говорить, что все будет хорошо, вести за него и за Миледи дела! Наблюдать за тем, как граф смотрит на меня и не видит! У меня, черт возьми, не такие железные нервы как у него. И если вы не прекратите саботаж, я уеду отсюда к чертовой матери сегодня же и вернусь только после его свадьбы. Вам понятно?? — Макс почти кричал.
— Да что такого в этой свадьбе?? Почему он должен жениться на Горгоне? Они с Миледи предназначены друг для друга, это было понятно абсолютно всем с самого начала, даже если они сами маялись дурью столько лет!
— Он женится на Анне и точка.
— Да почему, черт возьми!?
— Потому что ОН ТАК СКАЗАЛ! Граф стер себе память специально для того, чтобы жениться на ней!! Только после этого у него будет шанс к нам вернуться.
Макс посмотрел на потрясенные лица мужчин и понял, что ляпнул лишнее. Мда…Кристоф бы его сейчас просто прибил. Как жаль, что у него нет их способности стирать память.
— Он сам хотел все забыть? Сам стер себе память??? — В голосе Гримо смешались ужас от решения Господина и восторг по поводу его невероятных возможностей.
— Ребята, пожалуйста, не доставайте меня. Я ведь действительно могу исчезнуть отсюда. Вы же знаете.
— Хорошо, хорошо. Мы не будем больше мешать. И вещи, которые украдет Горгона, мы тоже возвращать не будем, чтоб она ими подавилась. — Дворецкий посмотрел на Макса. — Я надеюсь, что граф знал, что делал.
— Я тоже на это надеюсь. Только он и знал. Мы должны в это верить и больше никаких разговоров по этому поводу. Если Атос услышит, нам придется как-то это объяснять, а я не умею стирать память как Миледи или граф.
— А она тоже умела стирать память? — Жак нехорошо прищурился. — И сколько раз Миледи стирала память мне??
— А я откуда знаю?? Я с ней в общей сложности всего пару дней провел! Вот вернется, у нее и спросите. — Макс шмыгнул за дверь, обрывая расспросы. А Жак задумался о том, сколько же проделок эта неугомонная девчонка заставила его забыть.
Атос уже давно стоял, прислонившись к стене. Ноги держать отказывались, мысли носились в голове в полном беспорядке, пытаясь хоть как-то объяснить услышанное, но пока это не удавалось совершенно. Зал опустел, а он все стоял, не в силах куда-либо идти. Все это время они говорили о нем. О нем! Но только в прошедшем времени. Они назвали его Тенью! Да что они о себе возомнили?
«Добро пожаловать в ад, дорогой. Ты слишком долго наслаждался спокойной жизнью»- голос в голове был ехидным и безжалостным.
— Сгинь, не хочу тебя слышать. Похоже я схожу с ума. — Атос собрался с силами и пошел в свою спальню. Хотелось немедленно позвать Макса и допросить с пристрастием. Однако с каждым шагом, желание узнать, что происходит, становилось все меньше, как будто покрываясь налетом безразличия.
— Я снова все забываю! — Догадка поразила его в самое сердце. — Так вот почему я хочу видеть Макса как можно чаще! Рядом с ним я начинаю становиться самим собой. — Граф вошел в комнату и сел на кровать. — Но я же не могу навечно привязать его к себе.
«Если ты подумаешь головой, а не задницей, то обнаружишь подсказку у себя под носом».
